Книга Во власти иллюзии, страница 108 – Лев Жуковский

Пробивной способности хватило, и ядовитые иглы вошли почти на всю длину в тело твари. Но были и неприятные моменты от использования данного умения. Правая рука помимо мелкой дрожи отозвалась сильной болью внутри, и пользоваться ей прямо сейчас в бою будет как минимум проблематично. Но в данный момент меня волновал немного другой вопрос: сможет ли яд замедлить этого громилу? Не дожидаясь ответа, я рванул прочь. Толпа нурглов, что ещё несколько минут назад, поджав хвосты, убегала от нашего лагеря, трусливо визжа и жалобно взрёвывая, сейчас же азартно устремилась за мной. Особенно громко и грозно ревел их предводитель. Удалившись рывком всего на сотню метров, стало очевидно, что у Вожака нурглов начали заплетаться ноги. Благо, более мелкие твари продолжали воодушевленно нестись к остановившейся одинокой цели.

Щит в правую руку. Тяжёлый тесак в левую. Я стоял, пытаясь успокоить дыхание после рывка на максимуме своих сил. Три вдоха, и первого уродца встречаю ударом сверху, чуть наискосок, почти перерубив его корпус.

Получено 5 Эргов. (48/180)

Второго пока отбрасываю щитом. Третьего прямо в прыжке догоняет мой тесак на обратном движении и раскраивает череп практически пополам.

Получено 5 Эргов. (56/180)

Иллюстрация. Ночная погоня и безумная жажда крови нурглов.

Глаза тьмы открыты, и льющаяся по моему клинку кровь кажется чёрной. Да и всё перед моими глазами выглядит как-то неправдоподобно. Чёрно-белые тона, и если бы не крики, а также звуки боя, можно было смело подумать, что это галлюцинация после употребления ядовитых грибов. Все эти мысли пронеслись у меня в голове всего за два удара сердца, именно столько дала мне передохнуть набегающая толпа нурглов. Удар, ещё один. Щитом бил так сильно, как только мог, в надежде, что переломаю кости и подранки просто физически не смогут сбежать. Разница в наших характеристиках, особенно в Восприятии и Ловкости, позволяли двигаться намного быстрее. И в буквальном смысле бить тварей на лету. Делая рывки в стороны и навстречу, я не давал взять себя в окружение. Несколько раз они таки умудрялись схватить меня зубами за ноги. Но удар кромкой щита сразу успокаивал таких излишне резких нурглов.

И вот более крупный монстр на мгновение остановился в пяти метрах от меня, осматривая оставшихся в живых сородичей. Яростно взрыкнув, он начал разворачиваться. Я выпускаю тесак из руки и в одно движение достаю из пространственного мешка копьё. Крупный нургл, наверное, седьмого уровня уже рванул в противоположную от меня сторону. Бросок, и тяжёлое копьё пробивает его насквозь на уровне пояса. Тварь заливается оглушительным воплем боли. В этот момент я принимаю на щит ещё одно тело и ударом отбрасываю его. Прозвучавший заунывный крик что-то изменил в поведении тварей, и оставшиеся нурглы, что в этот момент окружали меня, бросились врассыпную. Догонять их не было смысла. Вместо того, чтобы спасаться бегством в сторону своего логова, они в страхе рванули кто куда. В моей левой руке появляется второе, последнее артефактное копьё с искрой Благодати. Бросок, и самый нерасторопный нургл, замешкавшийся в ближайшем кусте, вскрикивает от боли. Наконечник пробивает ему правое бедро навылет, и тварь падает. Копьё цепляет мелкие ветки, и нургл, запутавшись, начинает орать ещё громче.