Книга Леди гробниц, страница 73 – Артем Бах

— Верно. Что же, я удовлетворю ваше любопытство. Мой отец был торговцем магического оружия, имевшим право покидать территорию Алидамора для ведения своей деятельности. Когда я немного подрос, я сумел уговорил отца взять меня с собой в своё очередное путешествие, и тогда судьба впервые решила обратить на меня свой взор. В королевстве Элегор, которое тогда ещё не было известно как «Разбитое Королевство Элегор», на наш караван напали разбойники. Они перебили всех, кто был способен оказать сопротивление, включая моего отца, а остальных взяли в плен и вскоре продали в рабство. Но мне удалось сбежать до того, как я успел познать большинство ужасов наличия статуса чужого имущества.

— Почти вся экономика Алидамора держится на рабстве по расовому признаку, — без осуждения или сопереживания в голосе произнёс Тарагвирон. — Полагаю, было весьма неприятно оказаться на противоположном конце социальной лестницы.

— Это было познавательно, — равнодушным тоном ответил Алиагосс. — Мои сородичи относятся к людям, оркам и дворфам как к низшим расам, а не как к равным себе, и многие не понимают, что эльфы и высшие эльфы не так уж от них и отличаются, — Алиагосс обратил внимание на Ктука, который с большим интересом слушал рассказ мечника. — Гоблинов в Алидаморе официально считают паразитам на ряду с крысами и саранчой.

— Я однажды есть крысу, — самодовольным тоном ответил Ктук. — Вкусно.

— Не сомневаюсь, мой маленький друг. Так на чём я остановился?

— На том, как убили твоего отца, ты стал рабом, а затем сбежал, — любезно подсказала я. — Удивительно, что ты рассказываешь подобные вещи с таким хладнокровием.

— Верно, — согласился Тарагвирон. — Ты, должно быть, ненавидишь элегорцев за то, через что тебе пришлось из-за них пройти?

— Когда-то я ненавидел, — кивнул высший эльф. — Но c тех пор прошло больше сотни лет. Я не настолько злопамятный, чтобы держать в себе столь давние обиды, а людям, как и эльфам, свойственны пороки и ошибки. После своего побега я какое-то время бесцельно бродил по Элегору и кое-как сводил концы с концами, пока мне не повстречался пожилой странствующий мечник из Ордена Хранителей Жизни. Он разглядел во мне потенциал и решил взять меня с собой, а также обучить мастерству владения двумя клинками.

— Интересно, как наставник воспримет твой уход из ордена.

— Не думаю, что он выскажется против. Он был человеком и уже давным-давно умер от старости. Но наставник сделал всё, чтобы передать мне свои навыки. Большинство эльфов из-за отведённого им длинного срока ведут размеренный образ жизни, развивая свои умения и таланты постепенно т неспешно, но я живу сегодняшним днём, делая всё, чтобы стать сильнее, на протяжении… уже многих лет. Без преувеличений могу сказать, что сейчас я являюсь одним из сильнейших мечников во всех известных мирах, если не брать в сравнение могучих архонтов, балоров и некоторых архидьяволов.

— Даже по моим меркам это заявление чересчур высокомерное! — возмутился Тарагвирон, сверкнув зелёными огнями в своих глазницах. — Тебе едва удалось сразить своего оппонента в Мировом Древе, а теперь ты заявляешь, что мастерством и силой превосходишь практически всех смертных мечников? Что за вздор?!

— Ты не воин, древний лич, а потому не способен оценить истинную силу мастера меча, — спокойным тоном ответил Алиагосс. — Сиахсис невообразимо опытен и талантлив по меркам обычных мечников. Впрочем, как и Озиус, которого одолел ваш варвар. Если некоторым воинам нужно потратить десятки лет изнурительных тренировок, чтобы стать по-настоящему сильным, то другим достаточно просто родиться чудовищем или стать им и не умереть в начале своего пути.