Книга Леди гробниц, страница 151 – Артем Бах

— Минакад любит всех своих детей. Но вы ведёте за собой и детей Арахны, коим нет места в цивилизованном мире. Они способны лишь сеять хаос и разрушение.

Глашатай Минакада увёл в сторону свою единственную крепкую руку, и из её ладони разнёсся свет, который мгновенно сформировал собой длинное золотое копьё.

— Ты ошибаешься, Властитель Природы, — произнесла я, не спуская напряжённого взгляда с оружия архонта. — Между созданиями твоего господина и созданиями Прародительницы Монстров нет практически никакой разницы.

— ЛОЖЬ! — лицо глашатая исказилось гримасой гнева, а внутри его глазниц на миг вспыхнул огонь. Мои спутники вздрогнули и тут же похватались за оружие. Через ещё миг Эйрун вновь продолжил говорить спокойным тоном. — Это ложь. Минакад создавал смертные расы согласно общим законам мироздания, чтобы те были хозяевами своих жизней и пожинали дары богов. Арахна же порождала на свет орудия убийств, чья природа всегда была неестественной и полной скверны.

— Возможно, в своём изначальном виде «орудиям убийств», о которых ты говоришь, был ведом лишь путь насилия и жестокости. А может быть, Минакад и Арахна просто имеют разное виденье на существ, которые заселяют Аркедорум. Как бы там ни было, сейчас они все… Мы все способны сами определять свою судьбу. Мы не рождаемся теми, кто мы есть, а становимся в результате прохождения длинного жизненного пути. Я, конечно, тут новенькая и не знаю всех тонкостей устройства Аркедорума, но считаю, что боги не должны вмешиваться в дела смертных.

Стоило мне произнести последние слова, как Эйрун резко взмахнул копьём и швырнул его в мою сторону. Копьё полетело с огромной скоростью подобно лучу света и вонзилось в щит Кира. Чудом успевший прикрыть меня рыцарь попытался отразить удар, однако орудие архонта пробило адамантиевый щит насквозь и лишь отклонилось в своей траектории. Копьё просвистело мимо моего уха, слегка его обожгло, а затем устремилось вдаль ещё быстрее и скрылось где-то на линии горизонта.

— Твоё суждение ошибочно, — холодно произнёс глашатай Минакада.

Лили отреагировала на действия противника первой. Завидев лёгкий ожог на моём ухе, ночная тень рассвирепела и бросилась прямо на архонта. Тот сделал один лёгкий взмах рукой, и падающие на нас солнечные лучи принялись сжигать теневую оболочку Лили. Существо издало пронзительный визг, а затем резко ушло под землю.

Я прочитала короткое заклинание и попыталась воздействовать на скелет Эйруна. Как я и боялась, моё заклинание не возымело никакого эффекта. Тогда я щёлкнула пальцами, и рыцари смерти ринулись в атаку.

Ладонь архонта вновь засветилась и сформировала золотое копьё. Едва восьмёрка рыцарей смерти вступила в схватку с глашатаем Минакада, как тот молниеносным движением прикончил двоих из них, пробив их головы насквозь одним ударом. Стоило его копью дотронуться до тел мертвецов, как те тут же обращались в прах, а на землю осыпалась лишь груда доспехов. Остальные шестеро рыцарей вскинули мечи и топоры, однако Эйрун взмахнул одной из свободных рук, после чего из земли между ним и противниками тут же полукругом выросла каменная стена.

Алиагосс стремительно добежал до архонта и попытался атаковать его со спины, но тот, не оглядываясь, устремил копьё навстречу эльфу. Благодаря своей нечеловеческой реакции Алиагосс сумел отразить удар своими парными клинками и увести его чуть выше, а затем поднырнуть под него и сократить дистанцию до глашатая Минакада. Но Эйрун раскрыл перед лицом мастера мечей одну из свободных ладоней, выпустив в противника мощный порыв ветра. Ветер сбил Алиагосса с ног и отбросил назад на несколько метров.