Книга Рунный маг Системы 8, страница 70 – Лев Жуковский, Артем Бах

— Так дело только в том, что тебе это ничего не стоит? — я усмешливо фыркнул, а затем покачал головой из стороны в сторону. — Нет, это вовсе не так… Я уже встречал одного человека, который рассуждал также.

— Ты сравниваешь меня с каким-то дикарём из твоего мира? Едва ли твой скудный ум способен меня понять.

— И всё же я выскажу свою теорию, — настоял я. — Ты разговариваешь со мной по той причине, что за все прошедшие века уже успел обезуметь от одиночества. Ты чувствуешь внутри себя пустоту и изнываешь от невозможности её заполнить. Ты цепляешься за связь с неподконтрольным тебе разумным существом просто для того, чтобы почувствовать себя значимым и живым.

Верно. Вот, что отличает меня от Куро, Эсфера и других социопатов, помешанных на собственном эго. Несмотря на все мои потери и лишения, я не одинок. Эсфер лишил меня очень важного человека, но не сделал одиноким. В меня верит куда больше людей, чем в него.

— Скажи, — я мрачно посмотрел на архимага исподлобья. — Каково быть единственным жителем Камирана, сохранившим свободу воли? Каково быть уникальным в своём роде предателем, чью совесть некому отпустить? Или ты надеешься, что Лорман дарует тебе прощение? Боюсь, это уже вне его сил.

— Прощение — это последнее, в чём я нуждаюсь. Я посвятил всю свою жизнь, своё тело и душу, лишь одной цели — спасению и защите моего народа. Мне не о чём сожалеть.

— Хватит прикрывать свои личные амбиции заботой о народе! Где твой народ сейчас? Кто говорит тебе слова благодарности за свершённые тобой подвиги? И, главное, кто тебя вообще просил о таком спасении? Большинство камиранцев предпочло бы умереть, чем жить так.

— Умереть они всегда успеют, — пренебрежительно заявил Эсфер. — Пока они живы, они могут сражаться. Это их долг. Долг, с которым произошёл на свет каждый камиранец.

Да уж, у архимага и вправду было кое-что общее с Куро. В особенности — бесконечная любовь к звучанию собственного голоса. Даже если в холодной логике Эсфера и скрывался хоть какой-то смысл, его слова так и сочились лицемерием. Вся эта бравада о долге — всего лишь защитный механизм, позволяющий заблудшему человеку избегать признания своих ошибок. Я могу это понять: как возможно смириться с тем фактом, что всё, что ты делал на протяжении целых веков, было не только напрасно, но и вредоносно? Куда проще обвинить в бесчисленных бедах и грехах весь окружающий нас мир, абсолютно всех, но не самого себя.

Однако я сомневался в том, что Эсфер завёл этот разговор только с целью самообмана и самоутверждения. Он слишком умён и надменен, чтобы распаляться на бессмысленный спор.

— Ты ведь тянешь время, верно? — догадался я. — Захваченное тобой тело также неспособно вести бой.

— Всё так, — архимаг не стал отпираться. — Пока мы беседуем, мои рыцари направляются сюда с целью тебя устранить.

— Твои… рыцари? Выжил кто-то помимо Ремильды?

— Почему бы тебе не задержаться и не получить ответ самостоятельно?

Предложение Эсфера даже показалось мне немного заманчивым, однако в одном он был абсолютно прав: умереть я всегда успею. Если сюда действительно направляются сразу несколько рыцарей, мне нужно немедленно отсюда убираться… О том, как мне остановить несметную армию големов, я подумаю после.