Книга Рунный маг Системы 8, страница 13 – Лев Жуковский, Артем Бах

Символы вспыхнули зелёным светом от растекающейся по ним мощной энергии. В глазницах ониксового рыцаря загорелась пара огней, и я поспешно проверил статус лежащего передо мной драгоценного мне существа.

Микара. Голем-рыцарь. Уровень 26

Уровень угрозы: Средний

Сработало. Сработало! Подобно профессору Франкенштейну я смотрел на своё завершённое творение и ликовал. Уровень Микары стал значительно ниже, но главное — она опознавалась Системой. Девушка в теле голема сделала несколько движений своими новыми пальцами, а затем попыталась подняться с верстака, однако у неё ничего не вышло.

— Не торопись, — произнёс я, с трудом разлепляя пересохшие губы. — Тебе нужно сперва освоиться с новым телом.

Микара не ответила и продолжила неуклюжие попытки подняться на ноги.

— Ты слышишь меня? — спросил я, нахмурившись.

Голосовой модуль ониксового рыцаря был исправен, и всё же девушка не произносила ни слова. На мои слова она также не реагировала. Тогда я попробовал воспользоваться индивидуальной связью, чтобы разобраться в том, что сейчас происходило в голове голема… Впрочем, я даже не знал, есть ли у него сейчас параметр связи вообще. Идентификация на рыцаря всё также не действовала.

Сконцентрировавшись, я почувствовал… что-то. Расплывчатые мысли, расплывчатые образы, растерянность, полное непонимание происходящего и отсутствие какой-либо цели. Последнее, судя по всему, особенно беспокоило Микару.

Снаружи мастерской раздались шаги. Деревянная дверь отворилась, и в помещение вошёл Вадик.

— Не спишь? — спросил он, едва успев оглядеть мастерскую, а затем застыл на пороге. — Ты… Что за?.. Почему этот голем опознаётся как Микара?..

Я молча перевёл взгляд на покрытый трещинами зелёный кристалл в груди голема.

— Ты… Ты с ума сошёл⁈ — в ужасе произнёс мой брат. — Что ты?.. Что ты сделал?

— Это временное решение, — устало ответил я. — Лучше уж так, лучше душа Микары будет существовать в искусственном теле, чем пребывать в неизвестно каком состоянии внутри чёртового кристалла.

— Да откуда?.. Откуда тебе знать, что так будет для неё лучше⁈ А может, так лучше будет для тебя⁈

Защищать.

Неожиданно сквозь связь пробился один-единственный сигнал. Тело голема резко дёрнулось в сторону, свалилось с верстака, но затем Микара сумела подняться на металлические ноги, сделать несколько шагов и встать между мной и Вадиком. Двух с половиной метровый голем недобро посмотрел на моего брата сверху вниз.

— Стой! — встревоженно приказал я Микаре. — Не вздумай ему вредить. Он семья.

Голем не шелохнулся. Новые сигналы он также не посылал.

— Вить… — тихо произнёс Вадик, глядя на Микару взглядом, полным противоречивых, трудно передаваемых эмоций. — Так нельзя. Это неправильно.

— Знаешь, — я слабо улыбнулся, — чем больше мы сражаемся, тем больше я убеждаюсь в том, что не существует таких понятий как «правильно» или «неправильно». Есть решения и их последствия, не больше и не меньше. Я считаю, что последствия этого решения будут преимущественно положительными. А если нет… Тогда вся их тяжесть будет лежать на мне.

— Ты давно видел себя в зеркало? У тебя огромные мешки под глазами и взгляд как у живого мертвеца. Человек с таким взглядом не может взвешено принимать решения, особенно такие непростые.