Книга Разведчик Системы 2, страница 101 – Лев Жуковский, Виталий Молодушный

Я точно не мирный человек, ещё со школы был таким сколько себя помню, да, дома тихоня и вообще мамин сынуля, но это такое идеальное алиби, что не пользоваться им я не мог, да и не хотел. Все хотят, чтобы их любили, и я точно не исключение.

Интересно, какая там сейчас погода на море? Если мои прям до Сочи доехали, то в море уже и купаться можно. Наверное. Фиг его знает, какое оно там на самом деле, точно не тазик с водой, на солнце нагретый. Эх-х, как же всё это уже в печёнках сидит. А то я сам уже почти и не помню какое оно на самом деле.

Усиленным зрением я контролировал положение наблюдателей и смену часовых, также парочка кобольдов, как я понял, медиков или мелких магов целителей, иногда обходила лагерь, подлечивая особо сильно пострадавших. Только из-за обильного числа последних я и решился на подобную авантюру. Да, шайка Шогры неплохо потрепала охранников и бойцов каравана, но всё же убить подготовленного воина в хороших доспехах зачастую довольно трудно, и дело обходится пусть и сложным в лечении, но обычным ранением, а никак не смертью.

Но и расценивать раненого как полноценного бойца всё же не стоит. Тот же Сарргис, оставшись без ног, уже представлял из себя довольно слабого противника, но у него хоть большой запас магических навыков есть, а здесь такого сильного мага больше нет. Благо Шогра убил его, за что и получил свой шестнадцатый уровень, а до атаки на караван он был всего лишь тринадцатым, так что даже свободные очки характеристик не успел распределить. Даже карта навыка не выпала с него, а только очередная пустышка Е-ранга.

Как на зло, погода стояла ясная и видно было хорошо. Из слов пленного я понял, что зрение у местных жителей работает немного не так, как наше человеческое — улавливает не весь цветовой спектр, да и в целом более расфокусированное, чем наше, так что кобольды в большинстве своём довольно близорукие по сравнению с человеком, и это немаловажное обстоятельство играло мне сейчас на руку. Но зато слух и обоняние у них было развито лучше. В итоге я принял решение идти не через заросли в поле, шумя на всю округу сминаемыми растениями, а не спеша ползти по утрамбованной дороге. Так я практически не создавал непонятного шума, но обход занял довольно много времени и сил, в итоге подобрался к подходам лагеря я только к середине ночи, по-нашему выходило, что сейчас около трёх часов по местному времени.

Посмотрев по сторонам, я принялся дожидаться очередной смены клевавших носом часовых и обхода лекарей, после чего для меня должен наступить самый благоприятный момент, когда все уставшие разбредаются по своим местам и спят сладким сном. А я, как сползший с гор дух, смогу пройтись и собрать обильную жатву из спящих и раненых бойцов, чем нас всегда пугали опытные военные перед караулом.

«Что-то меня не туда клонит» — От накативших воспоминаний о войне мне стало противно, но пока сидишь, а точнее, лежишь на пузе в ожидании смены часовых, делать особо нечего. Даже по сторонам смотреть толком нет смысла, везде высокая трава и кучи камней, да и неудобно это делать на холодной земле. Даже мандраж перед боем отступил, осталось только раздражение от действий противника и долгого ожидания.

Даже жалость как-то отступила, наконец пришло осознание безвыходности моей ситуации и совесть больше не мучила. А всякие мысли из разряда «кобольда жалко» улетучились после того, как на вечер они приготовили тушу одного из своих мёртвых соплеменников. Хотя, возможно, все гнолы просто корейцы и любят собачатину. Всё же наглядное наблюдение каннибализма всегда отрезвляет и ставит нужные акценты над гласными и несогласными. В общем, я уже просто ждал начала боя и был настроен выполнить условия задания Системы любой ценой.