Книга Бремя власти II, страница 24 – Иван Ладыгин

Иван Петрович вышел в центр плаца и без лишних слов взмахнул рукой. От земли до неба вспыхнул полупрозрачный купол аметистового оттенка. Он окутал всю площадку, отгородив зрителей защитной пеленой. Звук снаружи практически сошел на нет, превратившись в далекий гул.

— Правила! — рявкнул Иван Петрович, и его голос мощно лязгнул под куполом. — Полный контакт. Магия — любая. Оружие — любое. Бить — куда угодно. Бой — до тех пор, пока кто-нибудь не сдастся. Убивать — НЕЛЬЗЯ. Даже, если очень хочется! Нарушите закон Ордена, и я лично отправлю вас к праотцам! — Его взгляд кольнул Орловскую, затем меня. — Начали!!!

Девушка рванула первой. Стремительно… Как разъяренная пума, заряженная водкой и яростью. Серебряная пуля на ее груди вспыхнула ослепительным стальным светом. Воздух завибрировал. Из пустоты в ее правой руке материализовался длинный, изящный кавалерийский клинок. Он мерцал синим инеем. А ее левая ладонь молниеносно легла на кобуру с тяжелым артефактным револьвером.

Я едва успел отпрыгнуть вбок. Пуля, оставляя за собой трассер из синего пламени, просвистела в сантиметре от виска. Запахло озоном и жженным миндалем. Ее клинок чиркнул по наплечнику моей брони, высекая сноп искр и оставляя глубокую борозду в зачарованной коже.

— Боишься, Буратино⁈ — ее крик оцарапал слух. К запаху битвы добавились новые нотки перегара и спрессованной ненависти. — Думаешь, с пьяной бабой справишься⁈ Я тебя сейчас в ледяную крошку превращу, козел!

Я не стал тратить дыхание на ответ. Мой источник, и так едва тлеющий после вчерашней «диагностики» у Рябоволова, сжался в болезненный узел, выплескивая последние капли силы. Я не стал создавать пульсар, а выплюнул целую Реку Пламени. То был не просто огонь… Сжиженный солнечный свет, ослепительно-золотой и ревущий, устремился к ее лицу. Валерия инстинктивно вскинула руку с клинком. Ледяной щит, толстый, многослойный, синевато-прозрачный, как глыба арктического айсберга, взметнулся перед ней. Золотой Огонь ударил в Ледяную Стену!

Взрыв пара и света ослепил на мгновение. Фейерверк искр, раскаленных брызг и клубящегося белого тумана заполонил пространство между нами. Аметистовый купол Ивана Петровича задрожал, как натянутая струна.

Но я не стал дожидаться результатов от своей атаки. Используя хаос как прикрытие, я телепортировался… Не полноценно. А коротким, выматывающим рывком пространства… Прямо к ней за спину, пока она была ослеплена.

Мой кулак, обернутый вспыхнувшими на мгновение огненными всполохами, со всей дури врезал ей в позвоночник. БАМ! Столкновение было таким, что ледяной щит позади нее треснул от энергетической волны. Она ахнула, не крикнула, а именно ахнула, как от неожиданного удара поддых, и отлетела на десять шагов, едва удержавшись на ногах. Кровь выступила у нее в уголке рта от перенапряжения. Ее глаза, освободившиеся от слепоты тумана, горели нечеловеческим безумием и холодной яростью.

— Все-таки ты сильнее… чем кажешься, сволочь! — она выплюнула алую слюну. Ее клинок взметнулся не просто в диагональ… Он прочертил в воздухе мерцающую траекторию из инея, оставляя за собой ледяную дорожку. Пространственный удар был смертелен, красив и точен. Я парировал своим коротким мечом. Сталь завыла от напряжения. Заскрежетала, высекая снопы холодного голубого и золотого пламени.