Книга Системный Творец VI, страница 31 – Александр Сорокин

Услышав это, Кай замер. Медленно подняв глаза, он встретился взглядом с Эдварном, затем обвел присутствующих, ставших свидетелями этой сцены. На его лице мелькнула тень смущения, но он тут же взял себя в руки. Проглотив последний кусок, он с достоинством вытер руки о поножи.

— Несколько сотен лет в стазисе. — произнес он сухо, но в его голосе проскользнула легкая, едва уловимая самоирония. — Метаболизм требует компенсации. Имперские сухари, кстати, стали заметно хуже. Раньше в них хотя бы изюм добавляли.

Он коротко и деловито кивнул Горсту: «Спасибо за провиант». Затем его взгляд упал на кристалл в моей руке и одобрительно скользнул по мне.

— Закончил?

Этот короткий, почти бытовой эпизод неожиданно сблизил нас. Легенда оказалась живой. Уставшей, голодной, но живой. И в этом была своя, особая сила.

Я подошел к Горсту и протянул кристалл.

— Передай это Лериану, как только он придет в себя. — сказал я. — С его помощью он сможет продолжать лечение Каэла.

Горст взял кристалл, его взгляд метался между ним и мной. В глазах бушевала буря: облегчение, благодарность, гордость, грусть. Он попытался что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он резко шагнул вперед и обхватил меня в объятия, сжал так, что доспех затрещал. Это было объятие воина, отца, друга — сильное, грубое, настоящее.

— Спасибо. — прохрипел он мне в ухо. — Спасибо, парень.

Когда он отпустил меня, рядом уже стоял Каэл. Юноша смотрел на меня ясными, серьезными глазами. Он не обнял меня — просто кивнул, коротко, по-солдатски.

— Вернешься. — сказал он, это прозвучало не как просьба, а как приказ. — И возьмешь меня с собой. Мы еще повоюем.

— Обязательно. — ответил я.

Ко мне подошел Эдварн. Старый воин молча протянул руку, и я пожал ее. Его хватка была железной.

— Береги спину. — хрипло сказал он. — И этого древнего. — он кивнул на Кая. — Выглядит крепким, но кто знает, сколько он продержится.

Я улыбнулся и попрощался взглядом с каждым: с Горстом, ставшим мне больше, чем учителем; с Эдварном, грубым, но верным; с Каэлом, нашедшим в себе силы не сломаться; с лежащим Лерианом, загадочным и непредсказуемым.

— Берегите себя. — сказал я на прощание. — И не делайте глупостей, пока меня нет.

Затем я повернулся к Каю и кивнул. Первый Игрок уже стоял наготове, его поза выражала нетерпение. Я взял его протянутую руку.

— Держись. — сказал он, на этот раз в его голосе прозвучала легкая, почти шутливая нота.

Мы рванули вверх, и земля под нами стремительно сжалась. Ветер взвыл в ушах, но новый доспех вновь погасил его. Я бросил последний взгляд вниз. На скалистом выступе четыре фигуры медленно превращались в крошечные точки, а затем и вовсе слились с серым камнем.

Наша высота теперь превосходила прежнюю. Впереди под нами расстилались верхушки Великого Леса, словно черное, колышущееся море. Затем я опустил взгляд на Пустошь.

Даже отсюда я ощутил её. Не телом, а разумом. Холодное, безжизненное, ненасытное нечто коснулось моего сознания. Оно лишь задело краем, попыталось ухватиться, но соскользнуло, не найдя опоры. Вероятно, это заслуга защиты Кая или свойств моего нового доспеха. Ощущение было отвратительным, словно меня на миг окунули в ледяную, стоячую воду, пропитанную гнилью.

Но оно длилось лишь мгновение. Мы пронеслись над Пустошью с такой скоростью, что она промелькнула полосой серого цвета и осталась позади. Кай не снижал скорость, устремляясь на юго-восток точно по координатам, указанным статуей.