Книга Крафтер I, страница 48 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

— Да при бароне не положено… — замямлил мужчина, но я лишь махнул на него рукой.

Он вздохнул ещё тяжелее, но промолчал. Видимо, внутренне уже смирился с тем, что мой день никогда не проходит спокойно.

Поднявшись в свою комнату, я сразу заметил свежую застеленную постель. Да и вообще, здесь явно хорошенько прибрались — пыль исчезла, вещи аккуратно сложены, даже пахло иначе, чем обычно. Молодец, Марфа!

Не мешкая, я сбросил одежду и направился в ванную. Тёплая вода смыла с меня усталость и всю грязь прошедшего дня. Освежившись, я плюхнулся в постель и мгновенно провалился в сон.

Проснувшись ранним утром, я быстро привёл себя в порядок. Мыльно-рыльные процедуры, как говорится, обязательны даже для гениального артефактора. Спустившись вниз, я обнаружил, что Настасья уже подготовила провизию в дорогу.

— Благодарю, Настасья, — кивнул я, забирая пакет с едой.

— Смотрите, господин барон, не забудьте поесть в дороге, — проворчала она, но я уловил в её голосе тёплую заботу.

Усмехнувшись, я вышел на улицу… и замер.

Возле крыльца стояла машина, а рядом с ней Григорий, в своём неизменном фраке. Всё бы ничего, но на капоте красовалась надпись «ТАКСИ».

Я прищурился.

— Это что ещё за комедия?

Дворецкий, похоже, уже был готов к этому вопросу.

— Господин барон, поскольку моя «ласточка»… кхм… не на ходу, мне пришлось заказать транспорт.

— Такси?

— Это был единственный доступный вариант, — невозмутимо пояснил Григорий.

Я поджал губы, переводя взгляд с него на жёлтые буквы.

— Что это вообще такое?

— Это… машина напрокат. Довезет до места назначения на умеренную плату.

Дворецкий держался серьёзно, но в его глазах я уловил едва заметный блеск веселья. Плюнув на странности этого мира, я открыл дверь и сел внутрь.

— Ладно, шофёр, вези меня к моей деревне.

Григорий кивнул и уселся в машину. Поездка обещала быть интересной.

Водитель оказался любопытным малым. Болтливый, словно радио, он буквально засыпал нас вопросами. От банальных «Ну и погодка сегодня! Правда?» до более навязчивых: «А вы, господин, случайно, щедрые чаевые не оставляете? А то у меня собака болеет! Лекарства дорогие.»

Я благополучно игнорировал его трёп, наблюдая, как за окном проносились деревья. Григорий, к счастью, весь словесный удар принял на себя, но долго не продержался и демонстративно отвернулся к окну. Так что спустя некоторое время водителю пришлось беседовать, в основном с самим собой.

Тем временем у меня накопились вопросы посерьёзнее.

— Григорий, а как там дела с долгами нашего «великого» рода? — как бы невзначай спросил я. — В кабинете я видел какие-то письма с требованиями, но бросил их в урну.

Дворецкий тяжело вздохнул:

— Долги, господин барон, имеются… и в весьма значительном количестве. В усадьбу уже не раз приходили уведомления от кредиторов с требованием погашения платежей.

Я мысленно выругался.

— Повезло же родиться в прекрасной семье! — я потёр переносицу, размышляя, в какую же финансовую яму меня закинуло это перевоплощение.

— Кому именно мы должны?

Григорий перечислил несколько названий банков. Судя по его тону, он ожидал, что мне это о чём-то скажет. Но, разумеется, я только растерянно пожал плечами.

— И что это за конторы?

— Это крупнейшие финансовые организации империи, господин. В частности, два из них принадлежат влиятельным дворянским семействам, а третий… скажем так, связан с теневым рынком.