Книга Хроники падшего мира, страница 79 – Павел Шимуро, Лев Жуковский

Это не остановило Лёху. Он схватил острую часть и воткнул её прямо в глазницу Ловкачу. Тварь завопила во всё горло. Жуткий, наполненный безумием, жестокостью и жаждой крови вопль сотряс небольшую палату.

Лёха прокалывал морду зомби первого порядка раз за разом, пока тот не осел на пол. Кровь медленно растеклась по полу от его тела, достигая наших ног.

Я не видел сообщения от системы и решил совершить добивающий удар. Раз его череп так крепок, то сможет ли шея пережить подобный удар?

Несколько ударов лезвием мачете пришлись на тонкую шею Ловкача, и мне-таки удалось последним из них попасть между позвонков, и его голова наконец-то уже навсегда соприкоснулась с полом. В этот момент перед глазами появилось сообщение:

│ Вы убили зомби первого порядка. Получено сто очков эволюции │

│ Ваше мастерство мачете увеличилось на 5%│

Только когда перед глазами появилось сообщение, я выдохнул с облегчением и сел на пол там, где и стоял, несмотря ни на какую грязь.

— Вот и всё, — с улыбкой на лице произнёс я.

Но неожиданно произошло что-то странное, природу чего я не могу объяснить. В области сердца у подохшей твари появилось слабое зеленоватое свечение.

— Что это за херня? — спросил Лёха. Он размял шею, потёр ушибленный зад и медленно пошёл к телу Ловкача.

Я тоже обратил внимание на этот странный, мигающий сгусток. И пока я просто офигевал от происходящего, мой боевой товарищ присел рядом с телом этой твари, и вдруг, неожиданно для меня, Лёха легонько коснулся пальцем этой странной аномалии.

В тот же миг он резко отдёрнул руку и завалился назад, закатив глаза.

Под его кожей начали распространяться чёрные, бугристые линии. Вены раздулись, горло опухло, кадык скакал в безумном танце.

Он лежал на прохладном полу, в крови только что уничтоженного нами Ловкача. Лёха забился в судороге и начал издавать утробное мычание.

Я подскочил к нему, в ужасе глядя на своего товарища. Мне ничего толкового в голову не приходило, как помочь ему. Тело Лёхи крутилось в жуткой агонии. И лучшее, что мне пришло на ум, так это приложить руку к его лбу и тут же одёрнуть. Вот же дерьмо, как такое могло вообще случиться? Неужели он умрёт?

— Паша… Боже, как же больно, — промычал Лёха.

Он из последних сил посмотрел мне в глаза, с отчаянной надеждой, прося помощи.

— Я… Я не знаю, что мне делать, — неуверенно ответил я, заикаясь.

Приступы Лёхи становились всё сильнее и сильнее. Его скрутило подобно червю в засушливую погоду. А из его рта вырывался истошный, сдавленный рык, смешанный с пузырчатой пеной, которая стекала по уголкам губ.

Я в шоке стоял, не понимал, как облегчить его муки или же помочь ему справиться с этой напастью.

— Твою мать! Вот какого дьявола ты полез туда руками⁈ — я ходил вокруг него, натирал себе виски в попытках придумать хоть что-то в текущей ситуации. Но сколько бы умственных сил я ни прикладывал, это оказалось выше моего понимания. Неизвестный отросток токсично-зелёного цвета относился к предметам, которые были явно не от мира сего и скорее принадлежали системе, чем к какому-то органу погибшей твари.

Ведь как только я увидел сияющий сгусток в груди Ловкача, сразу же понял, что не стоит связываться с этим. Но почему Лёха не смог додуматься до этого?

В то время, пока я ходил вокруг воющего Алексея, третий этаж был в относительной безопасности. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться. До меня донеслись шаркающие, глухие шаги мертвецов. Они явно поднялись на третий этаж, скорее всего из-за мычания Лёхи, а может, мы слишком нашумели во время боя с Ловкачом. Ведь в тот момент было не до соблюдения тишины, благо там удалось хотя бы выжить — и то хорошо.