Книга Хроники падшего мира, страница 127 – Павел Шимуро, Лев Жуковский

На груди зомби первого порядка что-то брякнуло. Я прищурил глаза и заметил странную карту на цепочке. На ней было имя, должность и даже год получения.

— Что это за чертовщина? — я присел рядом с телом, сорвал с шеи нечто похожее на пропуск.

— Пропуск? Не говорите, что это…— Иосиф так же подошёл ко мне. Пока все радовались победе мы старательно разглядывали пропуск.

— Сергей Кареулин. Тысяча восьмидесятого года рождения, пропуск получен совсем недавно, буквально… Три месяца назад! — когда Иосиф крикнул, указав на дату получения пропуска, все разговоры в миг затихли.

Я обернулся к двери, посмотрел на монолит, который скрывает за собой нечто, способное изменить ход истории этого мира.

«Неужели тот парень искал именно это? Тогда почему он сбежал? Испугался зомби?» — подумал я. Слева от двери был небольшой экран с пазом посередине. Именно туда должна подойти ключ-карта.

— Только не говорите, что вы хотите открыть эту дверь⁈ — воскликнула Эмма. Она уже порядком натерпелась нашего желания исследовать всё больше и больше тайн этого мира.

Я сглотнул появившийся комок в горле. Эта дверь или точнее то, что за ней могло скрываться, манило меня, словно околдовав. Я покрепче сжал ключ-карту, и не спеша переведя дыхание подошёл к терминалу и с силой засунул пропуск с силой в приёмное устройство. Так как электричество вполне функционировало, экран тоже работал. Он в миг загорелся белоснежным цветом. Следом проскочила серия картинок самого разного содержания, а потом уже появился логотип кампании.

За логотипом, передо мной и Иосифом, который уже стоял за спиной, появилась миловидная девушка. Она была создана из голубого цвета. Внутри неё отчётливо прослеживались вращающиеся цифры, искажённые линии. Они гармонично сплелись между собой, создав подобный образ.

Девушка с экрана, улыбнулась, со словами:

— С возвращением младший сотрудник отдела обеспечения безопасности — Сергей Кареулин.

— Почему Сергей Кареулин оказался на поверхности, а эти сотрудники остались в застывших позах у двери снаружи? Вы не задавались этим вопросом? — спросил я, попутно посмотрел на задумчивые лица каждого из моей команды.

— Меня смущает больше другое… Это другой мир, но имена здесь русские. Ты заметил, что названия магазинов, товаров и даже улиц, всё на русском языке, — добавил толстяк. Он поджал губы, переминал пальцы рук между собой, было видно, что он нервничает и так и не отошёл от прошедшего боя.

— Да, это так же смутило меня, но и что с того? Разве в этом мире не может быть России? — произнесла Эмма. Она искренне не понимала того, почему толстяк решил поднять именно этот вопрос.

Вот только я это прекрасно понимал. Если этот мир точная копия нашего, только действия и исторически события повернуты в другую сторону, то у нас есть хоть какой-то шанс на интеграцию в разрушенную культуру. Мы сможем протиснуться в небольшие трещины, стать одними из местных жителей, если окажется, что дороги назад — в наш мир, уже не будет.

Конечно же я мог надумать лишнего, но порой такие вопросы так и напрашиваются, когда я бросаю взгляды на фасады зданий, рекламные билборды и даже мелкий шрифт в журналах, часть которых удалось найти в магазинах. Но сейчас не об этом.

Когда голограмма девушки из скоплений голубых символов медленно рассеялась с улыбкой на лице, дверь задрожала. Внутри раздавались какие-то механические звуки и скрипы. Казалось, что дверь оснащена множеством защитных механизмов, замков, а может и вообще работает на шестернях. Потому как они открывались целую минуту, если не больше!