Книга Кодекс Магических Зверей 7, страница 6 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Уши зайцелопа упали на пол, янтарные глаза широко распахнулись, и он на полусогнутых лапах, бочком, отступил за ножку стола. Затем прижался к ней и зажмурился.

Я же машинально прижал палец к уху.

А старик расплылся в улыбке во всё лицо. Бакенбарды ещё сильнее встопорщились, морщинки у глаз собрались лучиками, и стало понятно, что в этот момент человек абсолютно счастлив.

— Слышите⁈ — заорал он, перекрикивая трель. — Слышите, целитель, как поёт⁈ Молодец, родной мой! Голосина-то какая, а⁈

— Слышу, — отозвался я.

Свистун перевёл дух, набрал ещё воздуха и пошёл по второму кругу, на полтона выше.

— И вот ещё что, — произнёс я. — Когда будете плавить смолу, убирайте птицу.

— Понял, целитель, всё понял, — старик закивал. — Буду убирать! Сколько с меня?

— Семь медных.

Он выудил из кошеля монеты и аккуратно выложил их на стол.

— Спасибо тебе, сынок. — старик закрыл дверцу и подхватил клетку. — Я в долгу не останусь, у меня сапоги — лучшие на трёх улицах! Надо будет, приходи.

— Договорились.

Он шагнул к двери главного зала, но, остановившись на пороге, обернулся и прищурился.

— А ведь правда красиво поёт, да?

Пыхтярь в клетке тут же выдал особо высокую ноту. Люмин под столом тихонько простонал.

— Очень красиво, — честно сказал я. — Вы только дома его послушайте, ладно?

— Дома, дома, — заулыбался старик и потопал к выходу.

Я проводил его до порога, отодвинул засов и придержал дверь. Звонкая трель удалялась по улице вместе с сапожником, медленно растворяясь в уличном шуме. Какой-то мужчина ругался на застрявшую телегу, где-то стучали по железу, и рычал зверь.

Закрыв створку, я задвинул засов и замер, привалившись плечом к косяку. В ушах ещё слегка звенело.

Из-за ножки стола опасливо выглянул Люмин. Его уши встали торчком, глаза округлились, а на мордочке читался единственный вопрос: точно всё?

— Точно, — заверил я.

Зайцелоп выдохнул и, пошатываясь, побрёл во двор, жаловаться Кроху на пережитое.

Я вернулся в главный зал, подобрал со стола медяки, спрятал их в карман и направился за Люмином. Сегодня нужно ещё забрать перегонный куб у Алдора.

После недавних приключений с бутылём тащить перегонный куб на руках совершенно не хотелось. Я выглянул во двор и зацепился глазами за стоявшую у бани тележку Хольца. А что, если одолжить её?

— Ну что, мохнатые, — буркнул я. — Воспользуемся тележкой?

Крох оторвался от лапы, которую только что увлечённо вылизывал, и вопросительно посмотрел на меня, мол, а тренер разрешил? Люмин же, развалившийся на солнышке у обольстителя, моментально вскочил, прижал уши и уставился на тележку с таким видом, будто его ждёт интереснейшее приключение.

— Думаю, Хольц не будет против, — пробормотал я.

Я закатил тележку в коридор, по дороге зацепившись за угол стола, и вывез её на улицу. Запер замок, дважды дёрнул дужку для верности и направился в сторону лавки ювелира. Крох пристроился слева от колёс, а Люмин справа.

На втором повороте ушастый сбавил шаг, глянул на тележку и на миг задумался. Мне очень не понравился его взгляд…

— Не вздумай сделать какую-нибудь пакость, — предупредил я.

Люмин тут же припал брюхом к земле, отскочил на два шага в сторону, разбежался и запрыгнул в тележку. Затем развернулся мордой по ходу движения, расправил уши и уставился вперёд с видом маленького императора, объезжающего свои владения.