Онлайн книга «Кодекс Магических Зверей 7»
|
Старичок шевелил губами, что-то проговаривая питомцу. Я скользнул восприятием по птичке. Магических каналов оказалось значительно больше, чем у прошлых зверей. Тонкие линии расходились от груди, обвивали крылья, тянулись к хвостовым перьям и поднимались к черепу. При этом каждая нить была уже лент крогора. [Существо: Огнеглазая щебетунья] [Класс: D] [Ранг: 2] [Путь эволюции: Средний] И здесь я оказался прав! Количество магических каналов действительно зависит от пути эволюции. Вот только почему нити Люмина и Кроха светятся ярче, чем у зверей таких же классов и рангов? Магические каналы зайцелопа, конечно, уступают нитям крогора по интенсивности сияния, но их яркость соответствует как минимум D классу 3 ранга, хотя сам Люмин на ранг ниже. Линии Кроха светятся так же, как и у хоря на класс выше, хотя у того они куда шире. А если говорить о чёрных каналах Кроха… По интенсивности свечения они ничуть не уступают нитям Люмина. Плохо это или хорошо — пока совершенно непонятно. Я внимательно рассматривал всех проходящих мимо зверей, но видел лишь подтверждение своим выводам. За всё это время мне не попалось ни одного существа с элитным путем эволюции. Хотя в этом не было ничего удивительного, как я уже понял, подобные звери — огромная редкость. Что ж, осталось понять, как устроены магические каналы у людей. Я вновь перевёл взгляд на добытчика с крогором и обнаружил под кожей мужчины несколько широких, ярких каналов. По количеству их было примерно столько же, сколько у толстошкура. [Мастер Зверей] [Класс: С] [Ранг: 2] У старичка с щебетуньей под выцветшим сюртуком проступила похожая сеть, только нити выглядели уже и светились приглушённее. У женщины с хорем узор оказался ещё бледнее, а вот у торговки выпечкой я не обнаружил вообще ничего. Она была обычным человеком, как и я до того, как Система проложила в моем теле первые магические каналы. Примерно через час наблюдений в голове наконец сложилась цельная картина. Магические каналы у людей встречались достаточно редко. Ими обладал один из десяти, может, из тринадцати. Причем, в отличие от зверей, количество нитей у всех было примерно одинаковым. Менялись лишь ширина и яркость, то есть то, насколько человек сумел их развить. Я аккуратно «потушил» особое зрение, и мир вновь стал обычным, без светящихся нитей под кожей. Только солнце, птички и женщина у прилавка, отчитывающая мальчишку за разлитое молоко. Посидев ещё несколько минут, я бережно спустил Люмина с колен на землю и поднялся сам. — Пойдём домой, мохнатые, — произнёс я. Крох молча двинулся первым, а Люмин потрусил рядом со мной, то и дело отвлекаясь на насекомых. Район Отверженных встретил нас запахом жаренного лука из открытых ставен домов. У колодца две женщины громко делили очередь, тыча в друг друга пальцами. Наконец, впереди показалась лавка. И, как уже повелось в последние дни, на двери вновь не оказалось замка. Я распахнул створку, прошёл сквозь полумрак коридора, нырнул на кухню и окинул взглядом двор. На срубе колодца, поджав под себя лапы и задрав морду к солнцу, прищурился Астик. Зверь будто позировал для фотосессии, помахивая тремя пушистыми хвостами вразнобой: один влево, второй вправо, а третий слегка вибрировал кончиком, отбивая одному ему понятный ритм. |