Книга Кодекс Магических Зверей 6, страница 82 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Спасибо, — тихо произнёс я.

Мужчина обернулся, и впервые за все время нашего знакомства я увидел его искреннюю улыбку. Он кивнул и вышел.

Когда дверь закрылась, я выдохнул и присел на скамью.

Снаружи всё ещё гудела толпа. В голове крутились лица: Кассель с отрепетированными слезами, Мира с красными пятнами на щеках и трибуны, скандирующие «убийца зверей».

«Ну что, целитель. Кажется, первый раунд отбит».

Из двора донеслось ворчливое:

— Эйден! Ты там что, к лавке прирос?

— Подожди, — отозвался я и поднялся. — Нужно ещё кое-что сделать.

Я приоткрыл створку и выглянул наружу. Перед лавкой стояло заметно меньше людей, чем несколько часов назад. Седой мужчина в потёртой кожанке разговаривал с грузчиками. Торговка с пустым лотком прислонялась к стене дома напротив, а двое мальчишек сидели на брошенной телеге, болтая ногами.

Стоило мне переступить порог, как прокатилась волна гула и тут же приутихла. Все смотрели на меня по-разному: кто-то с тревогой, кто-то с любопытством, а кто-то с радостью.

— Ну что, целитель? — нетерпеливо выкрикнул кто-то.

— В тюрьму посадят? — встревоженно поинтересовалась торговка с лотком.

Я выдохнул и слегка развёл руки.

— Никого никуда не посадят, — спокойно сказал я. — Всё в порядке.

По толпе прокатился сдержанный выдох, и кто-то хлопнул соседа по плечу так, что тот покачнулся.

— А чегой-то они тогда так долго у тебя торчали? — крикнул мужик в фартуке.

— Работа у них такая, — отозвался я. — Всё проверили, ничего не нашли и ушли.

— Вот же ж… — выдохнул седой. — А мы тут стоим, переживаем.

— Спасибо вам, — искренне сказал я.

— Так… свой ведь. — буркнул он. — Не чужой.

Я невольно улыбнулся. Кончики пальцев всё ещё слегка подрагивали, но внутреннее напряжение наконец отпустило.

— Расходитесь по домам, добрые люди, — сказал я. — Дел ведь у всех полно.

— И то верно, — согласился седой.

— Мешок мой! — вдруг спохватился один из грузчиков и хлопнул себя по лбу. — Я ж его на углу бросил…

— Беги уж, — фыркнула торговка.

— А может, утащили…

— Так беги быстрее!

Люди начали медленно расходиться. Несколько человек на прощание кивнули мне, другие подбадривающе похлопали по моему плечу. Один из мальчишек спрыгнул с телеги, подбежал, ткнул кулачком в мою ногу в знак поддержки и тут же припустил вслед за остальными.

Я постоял на пороге, пока улица не опустела, затем вернулся в дом, закрыл створку и задвинул засов. На душе было удивительно приятно. В прошлой жизни мне ни разу не доводилось ощущать такую искреннюю поддержку от посторонних людей…

Через нить прилетел спокойный образ от Кроха: он лежит у меня в ногах, опустив голову на лапы и прикрыв глаза. «Всё хорошо, хозяин».

— Да, дружок, — пробормотал я. — Самое страшное позади.

Я вышел во двор. Солнце уже завалилось за низкую крышу кладовой, и часть пространства оказалось в тени, но у колодца всё ещё лежал яркий светлый прямоугольник — последний луч уходящего дня.

Брумиш продолжал дремать у грядок, Люмин валялся рядом с ним, пушистым брюхом кверху, и тихо посапывал, а Крох сидел чуть в стороне, наблюдая за мной.

Я подошёл к табурету у колодца, опустился на него и подставил лицо солнцу. Тёплый свет лёг на лоб и скулы. Я прикрыл глаза и впервые за день вздохнул полной грудью.

Вскоре со стороны загона раздались шаги, и на соседний табурет грузно опустился Ларк.