Книга Кодекс Магических Зверей 6, страница 108 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Даже не думай, — бросил я.

Зайцелоп вздохнул и поскакал дальше. Крох мимоходом глянул на мурлыка и отвернулся с видом «я в подобных глупостях никогда участвовать не буду».

У лавки плетельщика корзин под навесом сидела девочка лет двенадцати. Её платок съехал набок, а кончик языка был упрямо высунут — она боролась с упругим прутом. На её коленях один бок будущей корзины выпирал, а другой, наоборот, проваливался. Плетельщик стоял рядом, слегка придерживая локоть ученицы.

— Не дёргай, тяни плавно… вот так. Видишь, прутик сам пошёл? Ему помогать надо, а не воевать с ним.

Девочка кивнула и старательно повторила движение. Кривой бок корзины выправился на полтора пальца, и на лице ребенка вспыхнула гордость.

«Когда я в последний раз так радовался мелочам?» — мелькнуло у меня в голове.

Районы постепенно менялись. Мостовая становилась всё ровнее, а мусор исчезал.

Вскоре я добрался до Гончарного ряда и, любуясь выставленными перед лавками глиняными горшками, дошел до знакомого фонтана с однокрылым грифоном. Каменный страж всё так же сидел, разинув клюв, и пускал тонкую струйку прохладной воды.

Я свернул направо и оказался в узкой улочке. Дома теснились друг к другу, плющ обнимал стены, а в воздухе ощущалась лёгкая влажность.

Впереди показались лавки, в которых я не так давно покупал растения. В двух по краям уже вовсю торговали, а средняя всё так же оставалась заколоченной досками.

Через дорогу, чуть наискосок, виднелось двухэтажное здание с широкими окнами и массивной дверью. Над входом красовался кованый знак: тигель и пестик, обвитые стеблем растения. Гильдия травников и алхимиков.

Я остановился у двери, поправил ранец и вздохнул.

— Готовы, мохнатые? — тихо спросил я.

Крох моргнул, мол, готовы, конечно, но имей в виду, за зайцелопом я следить не буду.

Люмин сделал невинный вид, мол, в мои планы вовсе не входит подвергать гильдийских травников моральным травмам.

— Угу, — скептически буркнул я и толкнул створку.

Тёплый влажный воздух, пропитанный ароматом прелой земли и зелени, тут же обдал лицо. Стены помещения оплетало лианообразное растение, которое поднималось до потолка и расходилось вдоль балок пышной изумрудной шапкой. Между листьями просвечивали окна, отчего пол был причудливо расчерчен золотистыми пятнами света и тенями.

Всюду, куда ни глянь, теснились большие и маленькие горшки. Они занимали полки, тумбы и тянулись длинными рядами на полу. В одном из них цвело что-то ярко-оранжевое, из другого выползали мясистые серые отростки, а в третьем тянулся вверх тонкий стебель с белыми бутонами.

Среди этой красоты спокойно расхаживали люди в одинаковых тёмно-зелёных фартуках. Кто-то держал лейку в руках, кто-то орудовал маленькими ножницами, а кто-то записывал что-то в пергамент. Где-то в глубине зала журчала вода и размеренно стучал пестик в ступке.

— Ого, — невольно вырвалось у меня.

Мой двор после увиденного показался подоконной грядкой.

Люмин втянул влажный воздух и прищурился. По его морде ясно читалось: «Тут определённо есть что попробовать. Я готов рискнуть».

— Только без эксцессов, — тихо предупредил я, не глядя на него.

Зайцелоп обиженно фыркнул, мол, вечно ты всё запрещаешь! А когда можно-то будет, ну?

Так, нужно найти Крейна. Я огляделся и неподалеку заметил девушку в фартуке возле небольшой стойки с инвентарём. Она наклонилась над кустом с резными листьями, внимательно осматривая каждый побег.