Книга Кодекс Магических Зверей 5, страница 83 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Лавку? Племяш, ты головой с утра не бился? Зачем она тебе?

— А что, по тем двум огрызкам в коридоре не видно, что пора их поменять?

— Так-то да, сам удивлялся, зачем они тебе, — проворчал он. — В общем, дуй в мастерскую столяра. Он в двух шагах от Рикарда работает, хороший мужик, рукастый.

— Какого Рикарда? — я нахмурился, пытаясь вспомнить хоть кого-то с таким именем.

Ларк прищурился.

— Ну, это кузнец, у него ещё подмастерье Генн, мальчишка лет пятнадцати, чумазый такой.

Я моргнул. Ларк хмыкнул и уронил голову обратно на подушку.

— Ну племяш, кузнеца-то знать надо, без него никуда. В общем, запоминай: мастерская столяра стоит за углом от кузницы, за зелёной калиткой.

— Спасибо, — искренне ответил я.

— Племяш, — прошептал Ларк.

— Да?

— Раз всё узнал, — медленно сказал он, — вали отсюда! Дай поспать, — дядя закрыл глаза и укрылся одеялом с головой.

— Уже ушёл, — ответил я, вставая.

— И не топай, — донеслось мне вслед.

Я вышел и аккуратно прикрыл дверь. Подхватив ранец, подошёл к входной двери.

— Команда, — тихо позвал зверей. — Пошли гулять.

Крох, спавший у кресел, не спеша поднялся и занял место у моей ноги. Всё ещё мокрый Люмин вылетел из кухни и принялся радостно скакать рядом.

Выйдя на улицу, я запер лавку, и мы зашагали в сторону кузницы.

Солнце уже клонилось к крышам, и тени от домов тянулись через мостовую длинными неровными полосами. У колодца неподалёку ругался водонос. Ведро гулко стучало о камень — судя по всему, веревка перекрутилась, и мужчина, упершись пяткой в сруб, яростно высказывал ей всё, что о ней думает.

— Зараза ты гнилая… да я тебя… да я тебя сейчас сожгу, слышишь?

Верёвка хранила гордое молчание.

— Помочь? — поинтересовался я, проходя мимо.

Водонос обернулся, увидел меня и виновато улыбнулся…

— А, целитель! — неловко произнёс он. — Не, не надо, сам справлюсь.

Кивнув, я двинулся дальше.

Мимо промчался мальчишка с двумя плоскими корзинами, в которых горой лежали копчёные пласты рыбы. Дразнящий аромат на секунду накрыл улицу, и Крох потянул носом.

У соседнего двора на бельевой верёвке сушилась одежда: рубаха, штаны, детское платьице с заплатой на рукаве. Ветер чуть раскачивал её, и платьице будто кивало всем проходящим.

Я свернул в переулок и заметил сушильщика трав. Под навесом висели пучки чего-то желтоватого, а щуплый старик в фартуке аккуратно их подвешивал. У его ног дремал бежевый зверёк с круглой мордой, похожий на помесь хорька и кошки. Питомец приоткрыл глаза, оценил Кроха, решил, что связываться не стоит, и тут же закрыл обратно.

— Целитель, — кивнул мне старик, не отрываясь от пучков. — С возвращением.

— Спасибо, — ответил я, хотя видел его впервые.

Я двинулся дальше, чувствуя себя странно. Почти каждый встречный узнавал меня. Это сбивало с ритма, вызывало легкую неловкость и одновременно… грело.

У пекарни на углу дородная женщина в платке выгребала из печи свежий хлеб. Рядом с ней крутилась тощая девчонка лет восьми, ловко подхватывая буханки и укладывая их в широкую корзину.

Через пару поворотов впереди показалась знакомая приземистая постройка с почерневшей от копоти стеной. Из-под низкой крыши тянулся жидкий дым, а в воздухе запахло раскалённым металлом и углями.

У входа, привалившись к косяку, стоял подмастерье Генн с капельками пота на лбу. Парень сосредоточенно жевал какой-то корешок и смотрел на улицу с таким видом, будто у него на сегодня закончилось желание с кем-либо общаться.