Книга Кодекс Магических Зверей 4, страница 112 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Я протолкнулся к стойке. Борк стоял, уперев кулаки в полированное дерево, и оглядывал зал, как капитан, следящий за палубой во время шторма. Рядом на высоком табурете дремал пьянчуга, уткнувшись носом в разлитое пенное.

Борк заметил меня раньше, чем я успел помахать. Он дёрнул подбородком в сторону табурета и шлёпнул ладонью по стойке.

— Хрыч. Хрыч, твою бабку. Я говорю — Хрыч!

Пьянчуга вздрогнул, оторвал лицо, и сонно посмотрел на Борка.

— Ну чего?

— Двигай к своим, у меня гость.

— Дык я ж…

— Хрыч.

Он произнёс его имя таким тоном, что я на секунду задумался, не присесть ли мне за соседний стол. Пьянчуга вздохнул, сгрёб свою кружку и поплёлся к столу у стены, где его встретили без особого энтузиазма.

— Садись, — Борк хлопнул по освободившемуся табурету.

Стоило мне устроиться на нем, как Мальвина вынырнула из-за спины Борка, протёрла столешницу, поставила передо мной глиняную миску с густым тёмным варевом, на поверхности которого плавал жир с кольцами лука, и кружку с компотом. Рядом легла толстая краюха белого хлеба.

— Вот так сразу? — мягко улыбнулся я.

— А чего тянуть? Ты ж пожрать пришёл? Так бери, пока дают! — хмыкнул трактирщик.

— Спасибо.

Мальвина улыбнулась мне и ускользнула обратно на кухню. Первая ложка варева провалилось, как вода в сухую землю. Борк подождал, пока я зачерпну вторую, и склонился над стойкой.

— Ну что? Сходил в Котёл?

Я прожевал, глотнул.

— Ага, нашёл отряд.

— И чей?

Я помолчал.

— Торвальда.

Услышав имя, Борк перестал крутить в толстых пальцах оловянную кружку и аккуратно поставил её на стойку.

— Эйден, ты… — он сжал переносицу и замолчал, а я, воспользовавшись паузой, съел ещё ложку и запил компотом, который оказался тёплым и сладким, с небольшой кислинкой. — Даже я слышал, что он работает на Горгана, и в его отряде целители долго не живут.

— Да, знаю, — спокойно сказал я.

— И?

— Будто у меня был выбор, — буркнул я. — В Котле есть правило — как только какой-нибудь отряд застолбит заказ, никто другой его не получит.

Борк хмыкнул и кивнул.

— Да, слышал о таком… Будь он неладен.

— Куда деваться.

— Слушай… Ларка я уважаю, — медленно сказал он. — Ещё с тех пор, как твои родители…

Он осёкся и отмахнулся.

— Неважно, уважаю и всё. Но Эйден, ты не Ларк, и если голову сложишь, ему легче не станет. И мне, честно говоря, тоже.

Я положил ложку и варево в миске подёрнулось тонкой жирной плёнкой. Сбоку от меня кто-то взревел пьяным смехом, но трактирщик строго глянул в сторону стола и веселье тут же стихло.

— Борк, — тихо произнес я. — Если останусь дома, зная, что могу пойти, и попробовать найти его… То не смогу с этим жить. Буду сидеть в лавке, заниматься своими делами и чувствовать себя последним дерьмом.

Он долго смотрел на меня, потом взял кружку, отхлебнул и поставил обратно.

— Глупо, — сказал он.

— Ага.

— И похвально.

Я промолчал.

— Иди уж, — Борк махнул рукой, будто отгоняя муху. — Только жрать не забывай.

— Постараюсь.

— «Постараюсь», — буркнул он и покачал головой. — Мальвина! Заверни еду Эйдену и компот принеси.

Девушка вновь возникла рядом, положила сверток на столешницу, долила в глиняный стакан компот, мимоходом шлёпнула очередного пьянчугу за столом по руке и исчезла. Я сделал глоток.

— Борк.

— Ну?

— Есть ещё одна просьба.