Книга Кодекс Магических Зверей 1, страница 21 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Мужчина медленно повернул ко мне голову.

— Хорошо, — произнёс он спокойным тоном. — Делайте, что необходимо.

И затем, не задав ни одного вопроса, не поинтересовавшись условиями, стоимостью, не бросив последнего взгляда на своего зверя, мужчина просто накинул плащ, поправил капюшон и вышел в ночь. Дверь за ним мягко закрылась.

Я стоял, смотрел на дверной косяк, и не понимал, как можно было таким… равнодушным к своему зверю⁈ Будто он принёс починить сломанный инструмент, а не отдал на лечение члена семьи. Холодок пробежал по спине. С этим клиентом что-то не так.

Но думать об этом было некогда — кошка на столе дышала всё тяжелее, а багровый отсвет под шкуркой пульсировал сильнее. Если сейчас я не мог ее вылечить, то должен хотя бы облегчить боль!

Я подошёл к «пациенту» и вновь ощутил сопротивление тела, попытавшись дотронуться до зверя. Да сколько это будет продолжаться⁈ С силой выдохнув, вспомнил прохладную поверхность операционного стола, запах спирта, тихое посапывание пациентов под наркозом. «Я — врач. Ей больно. Делай, что должен».

Собрав волю, продавил отторжение и положил ладонь на бок кошки, чуть ниже рёбер. Температура была пугающей, и нужно хотя бы снизить её. Требовалась гидратация и снижение метаболической нагрузки. Конечно, это примитивно, но сможет облегчить её состояние и выиграть время для лечения.

Обычная вода могла помочь с внешним охлаждением. Я принес свежей воды из колодца, схватил относительно чистую тряпицу из мешка и смочил ее.

Вернувшись к столу, осторожно, не делая резких движений, начал обтирать кошку влажной тканью, начиная с лап, затем живот, шею, избегая области рта и носа. Шерсть была сухой и горячей, вода на ней почти сразу испарялась, но я повторял снова и снова, меняя места прикладывания. Говорил с ней тихим, монотонным голосом, каким всегда успокаивал напуганных животных:

— Всё хорошо, малышка. Всё пройдёт. Держись.

Затем нашел пучок серых листьев, которые система обозвала «Сонной полынью», с эффектом «лёгкое седативное действие». Они были почти трухой, но я растёр их в ладонях, залил небольшим количеством воды, и дал настояться минуту. Получилась мутная, горько пахнущая жидкость.

Осторожно, с помощью той же тряпицы, нанес несколько капель настоя кошке на язык и десны, надеясь на минимальный седативный эффект, чтобы снизить стресс и, как следствие, внутренний жар. Я не ждал чуда, это всего лишь паллиативная помощь, попытка дать телу передышку, пока искал настоящее решение.

Когда я снова прикоснулся, чтобы проверить пульс на шее, система на мгновение всплыла с короткой строкой:

[Вмешательство: Применены базовые методы физического охлаждения и слабый растительный седатив. Температура поверхностных тканей снижена на 0.3°]

[Общее состояние: критическое, скорость ухудшения замедлена на 7 %]

Всего семь процентов, но это победа! Я купил ей, может, лишний час. Слеза злости и бессилия зашипела на щеке, но тут же вытер её тыльной стороной ладони.

В этот момент инстинкт самосохранения закричал об опасности, ведь зверь слишком силён — если он проснётся, то может спалить лавку дотла или порвать меня в клочья, прежде чем я успею моргнуть. Кошку нужно изолировать.

Взгляд упал на очищенные клетки с толстыми, коваными решётками — они должны выдержать. Аккуратно, стараясь не делать резких движений, поднял кошку и отнёс её в самую большую клетку, уложив на подстилку. Поставив в клетку миску с водой, защёлкнул массивный замок. Теперь она никуда не денется.