Книга Знахарь 8. Финал, страница 5 – Павел Шимуро

— Прохладно стало, да. Минуты две назад. Я думал, сквозняк.

Увы, но не сквозняк. Лис вытягивает субстанцию из воздуха, и воздух в мастерской остывает, потому что витальная энергия уходит в мальчика. Горт не видит нитей, у него нет витального зрения, но он чувствует результат.

Я подошёл к Лису и осторожно положил ладонь ему на плечо. Серебряное Касание считало информацию мгновенно. Организм в норме. Сердце стабильно. Давление в каналах ног в допустимых пределах. Позвоночный контур — слегка повышенная нагрузка, но без критических отклонений.

Тело справляется. Мальчик не перегружен. Он впитывает субстанцию так естественно, как дышит.

Ни один культиватор в известной мне истории этого мира не поглощал субстанцию через кожу, минуя каналы. Каналы — это основа. Это фундамент, на котором строится всё. Медитация открывает каналы, каналы пропускают субстанцию, субстанция трансформирует тело. Без каналов нет культивации — это аксиома, которую не оспаривает ни один мастер, ни один архив, ни одна запись Наро.

А Лис берёт субстанцию из воздуха через кожу. Через пространство, которое для обычного организма является мёртвой зоной, непроницаемой прослойкой между внешним миром и внутренней системой.

Я убрал руку и сел на пол напротив лавки, вытянув ноги. Мне нужно подумать, а думать стоя я привык только в операционной, которой здесь нет и не будет.

Совместимость Лиса с фоном девяносто четыре и три десятых процента. Моя с реликтом шестьдесят восемь и три. Разница колоссальна. Я взаимодействую с сетью через серебряную мутацию, через Рубцовый Узел и осознанный контакт. Лис взаимодействует просто потому, что он Лис.

Если этот процесс продолжится, мальчик сформирует вторичную сеть, параллельную каналам. Паутину, пронизывающую каждый сантиметр ткани, через которую субстанция будет течь так же свободно, как кровь течёт по сосудам. Ни один алхимик Академии не смог бы воспроизвести это, потому что это не техника и не рецепт — это эволюция.

— Лис.

Мальчик открыл глаза.

— Ты чувствуешь что-нибудь необычное?

Он задумался.

— Тёпло, — ответил он наконец. — Как будто воздух гладит.

— Когда это началось?

Лис пожал плечами.

— Не знаю. Может, вчера ночью, когда сидел у побега. Может, раньше. Просто раньше я не замечал.

Раньше не замечал, потому что мальчик растёт внутри аномальной зоны с витальным фоном, и его тело адаптируется к среде быстрее, чем разум успевает осознать изменения.

— Хорошо, — я кивнул. — Продолжай сидеть. Если почувствуешь давление или боль в запястьях, в груди — где угодно, то скажи мне сразу. Горт, запиши: «Лис, пассивная абсорбция, время фиксации, продолжительность наблюдения». Подробности вечером.

Горт записал, не задавая вопросов.

…

Деревня уснула к десяти вечера. Последней погасла свеча в доме Аскера, и я ещё полчаса слушал, как за стенами мастерской стихают звуки.

Я стянул рубаху и сел на каменный пол. Ладони легли на холодный камень, и через них мгновенно хлынул поток.

Закрыл глаза и позволил рубцовому узлу раскрыть восемнадцать ответвлений. Информация хлынула, как вода через прорванную плотину, и образ мира развернулся перед внутренним взором.

Я сразу же переключил фокус на центр ромба.

Пятая точка была здесь.

Объект «Пятая точка»: обновление

Статус: формируется → активируется