Книга Знахарь 7, страница 43 – Павел Шимуро

Он не споткнулся. Он просто встал посреди тропы, обеими ногами на тёплой земле в радиусе побега. Его лицо побелело. Руки прижались к правой голени, и я увидел, как жилки на висках проступили под кожей.

Я поставил кружку на перила и пошёл к нему.

Мальчик стоял, согнувшись, обеими ладонями обхватив голень чуть выше щиколотки. Зубы стиснуты. Глаза зажмурены. Из горла вырвался тихий, сдавленный звук, который он пытался удержать.

— Стой, — сказал я. — Не двигайся.

Я присел рядом, снял перчатку с левой руки и приложил ладонь к его голени.

Серебряное Касание развернуло картину.

Канал вибрировал. Створка, укреплённая настоем, держала и стенки были плотными. Однако давление за ней достигло предела. Субстанция накопилась в подканальном пространстве, и с каждым ударом сердца Лиса она толкала створку изнутри. Ещё десять секунд, и створка лопнет сама. Или выдержит и закупорит канал намертво, из-за чего мальчик будет хромать добрую неделю.

Решение заняло секунду.

Ждать нельзя — нужно срочно помочь.

Я направил через ладонь тонкий импульс. Серебряная субстанция пошла через капилляры в ладони в ткань мальчика. Я целил точно, в одну точку на стенке створки, в место максимального натяжения, туда, где волокна были тоньше всего. Импульс работал как ультразвуковой скальпель.

Лис вскрикнул.

Его нога дёрнулась в моих руках. Спина выгнулась, кулаки стиснулись так, что ногти побелели. На правой голени, чуть выше щиколотки, проступила жилка — тёмная, отчётливая, длиной в четыре пальца. Она пульсировала. Я видел, как субстанция хлынула в раскрывшийся канал, заполняя его на всю длину, и оранжевое свечение вспыхнуло бордовым на долю секунды, потом вернулось к оранжевому.

Мальчик упал на спину.

Его грудь ходила ходуном, дыхание было рваным, частым, и по вискам катились капли пота. Кулаки прижаты к земле, и я заметил, что его ступни непроизвольно вдавились в грунт, каналы на подошвах жадно тянули субстанцию, компенсируя потерю давления от раскрытия четырнадцатого.

Потом пришла каскадная волна.

Я видел это через витальное зрение и через серебряное касание одновременно — двойная картина, стереоскопическая. Раскрытие четырнадцатого канала вызвало резонансный ответ во всей второй паре. Пятнадцатый канал на левой голени, зеркальный близнец четырнадцатого, принял импульс и активировался. Створка дрогнула, приоткрылась на двадцать процентов и зафиксировалась. К несчастью, полного раскрытия не произошло, но субстанция уже просачивалась через щель, заполняя канал на четверть объёма.

Лис лежал на спине и смотрел в небо, сотканное из гигантских ветвей. Его лицо блестело от пота, губы побелели, но на них медленно проступала улыбка. Руки разжались. Пальцы легли на тёплую землю, и я видел, что его тело рефлекторно ищет контакт с той подпиткой, которую побег транслировал из глубины.

— Тепло, — прошептал он. — Обе ноги до колен. Как в ручье, только быстрее и сильнее.

Я убрал ладонь с его голени.

— Лежи. Пять минут. Потом встанешь и пойдёшь в мастерскую. Бег на сегодня отменяется.

— Но я могу…

— Не можешь. Канал только что раскрылся. Стенки ещё мягкие. Нагрузка сейчас — это как бежать на свежем шве. Понимаешь?

Лис посмотрел на меня. Его глаза были мокрыми, и я не мог определить, от боли или от чего-то другого.