Онлайн книга «Знахарь 5»
|
Я присел рядом, положил ладонь на мокрый камень и закрыл глаза. «Эхо» прошло через породу, через водоносный слой, через глину и песчаник ниже. Никаких следов мицелия. Подземный горизонт был на глубине двенадцати метров, надёжно изолированный от поверхностных слоёв тремя метрами монолитной скальной породы. Мор сюда не добрался, и я понимал почему: Наро выбрал это место не случайно. Скала была щитом, а источник артезианским, питающимся из горизонта, который лежал ниже Кровяных Жил, в слоях, где не было ни корней, ни мицелия, ни вообще ничего живого. — Чистая, — сказал я, открывая глаза. — Наполняй. Горт опустился на колени рядом с чашей и начал работать — подставил горлышко первого бурдюка аккуратно, чтобы не взболтать осадок на дне, и ждал, пока вода заполнит ёмкость. Медленная работа — десять минут на бурдюк. Я мог позволить себе это время. Тайник Наро был дальше, в боковом ответвлении, за выступом, который скрывал его от случайного взгляда. Я прошёл туда с факелом. Ниша в стене, прикрытая плоским камнем. В прошлый раз забрал отсюда смолу, серебристую траву, костяную трубку-дозатор и глиняную табличку. Сейчас ниша была пуста, я сам её опустошил. Но я пришёл не за тайником. За нишей проход сужался до ширины плеч. Стены были влажные, с известковым налётом, и факел шипел, когда капли падали на пламя. Я протиснулся боком, чувствуя, как камень давит на грудь и спину, и через три метра проход расширился. И увидел его. Каменный Корень рос на скальном уступе, в полуметре над полом, прямо из вертикальной стенки. Бледно-серый стебель жёсткий, как проволока, поднимался на двадцать сантиметров вверх и раскрывался тремя листьями — плотными, с восковой поверхностью и красными прожилками, которые при свете факела казались налитыми кровью. Прожилки были толще, чем у красножильника, и не красные, а тёмно-бордовые, почти чёрные, как старое вино. Но листья не главное. Главное — корни. Они росли вверх, расходясь веером, впиваясь в трещины камня тонкими серыми нитями. И через витальное зрение я увидел то, чего не мог увидеть глазами — нити были не живыми. Это окаменевшие капилляры, как некая сеть мёртвых сосудов, пропитанных минералами, кальцитом и ещё чем-то, что «Эхо» идентифицировало как микродозы субстанции Кровяной Жилы. Капилляры были древними, старше любого дерева, которое я видел в Подлеске. Они когда-то были частью живой системы, сосудистой сетью Жилы, которая подходила близко к поверхности и отмерла, оставив свой скелет в камне. И растение питалось через этот скелет, как дерево через мёртвую почву. Вытягивало из окаменевших капилляров последние крупицы субстанции, которая застыла в них сотни лет назад. Я положил ладонь рядом с корнями, не касаясь их. Контур пульсировал ровно, и Рубцовый Узел ответил. КАМЕННЫЙ КОРЕНЬ Эндемик. Растёт ТОЛЬКО на выходах мёртвых капилляров Кровяной Жилы. Корневая сеть = окаменевшая васкулатура (возраст 500 лет). Активные компоненты: минеральные гликозиды + микродозы субстанции Жилы. Потенциал: культивационные настои (стабилизатор + катализатор). Совместимость с Рубцовым Узлом: 94 %. РЕКОМЕНДАЦИЯ: собрать образцы. Не повредить корневую сеть. Перечитал строку дважды. Мой настой из тысячелистника, что спасал жизнь на протяжении трёх месяцев, давал тридцать восемь процентов эффективности, и я считал это достижением. Серебряная трава, которая запускала иммунный ответ целой экосистемы, работала по другому принципу и сравнивать было некорректно. Но девяносто четыре процента совместимости с Рубцовым Узлом означало что-то другое — этот ингредиент мог стать основой для культивационного настоя, о котором просил Варган. |