Книга Древний. Зов небес, страница 62 – Павел Шимуро

— Хочешь сказать, что это мы виноваты в смерти твоего брата? Разве только что каждый из вас не делил шкуру ещё не убитого медведя? — толстяк Ки вообще не видел смерти практика в своих глазах. Ему был наплевать на то, как идиот умер.

Но парнишка не оценил его настрой и вокруг меча загорелась белоснежная дымка.

— УМРИ! — взревел практик, но я уже догадывался, что подобное может произойти. Тот, кто потерял своего брата, в этот момент мог быть максимально нестабильным.

— Иди, — прошептал я. Кусок меча, который подарил мне толстяк, вспыхнул ярким огненным светом и вмиг разбил меч культиватора на кусочки. Юноша отлетел в противоположную мне сторону. Неизвестно, был ли он жив.

Меня больше беспокоила девушка, что легким движением убила столь свирепого зверя. Если она вмешается и встанет на сторону неразумного парня, то мне и толстяку придется нелегко.

— Хватит, — мягко сказала она. Её голос звучал очень комфортно и в какой-то степени напоминал звук легкого колокольчика.

Я вернул меч в кольцо хранения и не спеша пошёл в сторону практика. Под всеобщие взгляды я присел возле него и посмотрел ему прямо в глаза.

— Изначально мы приняли вас за врагов. Но позже, когда услышали ваши голоса и прикинули количество практиков… Уже было поздно бежать на помощь, схватка с таким монстром очень скоротечна и каждая ошибка может привести к смерти, — он посмотрел на меня и не смог сдержать слёз. Я прекрасно понимал, каково это терять близкого тебе человека.

— Мир практиков жесток. На каждом углу нас поджидают опасности. Если ты не готов продолжать, то можешь вернуться в секту и отказаться от задания, — сказал юноша с луком. Он был одет в зелёную мантию с золотым пошивом на конце рукавов. Его длинные чёрные волосы мягко стелились по спине и, на первый взгляд, его можно принять за девушку.

Каждый из практиков выглядел по-особенному. Кто-то был лысым и грубым на вид, а кто-то был очень близок к женщинам… Этот колорит немного смутил меня, но я ничего не сказал.

Практик из секты грозового массива, потерявший брата, сложил ладони вместе и помолился над его телом. Но вскоре произошло то, что смертные обычно называют магией. Сквозь ладони юноши проскочили небольшие всполохи голубой молнии. Они с молниеносной скоростью достигли тела погибшего и тот начал гореть на моих глазах.

— Невероятная сила…— прошептал толстяк.

Тело брата Мо сгорело буквально за несколько минут, оставляя после себя небольшую кучку праха. Он присел на корточки и собрал всё это в кувшин, произнося:

— Брат, я верну тебя домой.

Он смахнул выступившие слёзы и с твердым взглядом воскликнул:

— Простите, что задержал! Прости, брат Даос, я был неразумен, когда атаковал тебя, — он так же поклонился перед братом Ки и передо мной, хотя я не совсем понимал причину.

— Ничего, это моя вина, я просто горяч на язык, — ответил толстяк.

Всё вроде бы утряслось, и мы выдвинулись дальше. В этот раз мы не бежали, словно угорелые, а неторопливо прогуливались по прохладному лесу.

На ближайшие километры вокруг я не смог заметить ни единого присутствия животных. Даже комары и мелкая дичь полностью исчезли из этого места. На секунду мне показалось, что мы вошли в зону отчуждения, где царит смерть.

— Мать моя, вокруг только лысые стволы деревьев, даже кусты пропали…— произнёс толстяк Ки.