Книга Системный Алхимик VII, страница 42 – Павел Шимуро

Следующие два часа мы работали в полном молчании, следуя забытой формуле с математической точностью. Каждый этап требовал предельной концентрации, ведь одна ошибка могла свести на нет все усилия.

Сначала солнечную траву нужно было обработать особым образом: поместить в специальную камеру с регулируемой температурой и медленно нагревать до семидесяти трёх градусов — не больше и не меньше. При этой температуре активные вещества переходили в летучее состояние, но не разрушались.

— Осторожно, — предупредил Саймон, следя за показаниями. — Если перегреем, получим бесполезную золу.

Пары солнечной травы имели приятный запах и слабое золотистое свечение. Я направил их в охладительную камеру, где они конденсировались в концентрированный экстракт.

Параллельно готовили серебряную иглу и ледяной корень по уже отработанной методике. Энергия молнии заставляла их структуру изменяться на молекулярном уровне, высвобождая скрытые свойства.

— Теперь самое сложное, — сказал я, когда все три основных компонента были готовы. — Нужно смешать их в точной пропорции и добавить кристалл разума для стабилизации.

Этот этап требовал не только точности, но и правильного энергетического воздействия. Я активировал оба ядра Ци одновременно и энергия молний, и дьявольская сила должны были сливаться в единый поток, катализирующий реакцию.

— Держи температуру! — крикнул Саймон, наблюдая за котлом стабилизации. Его лоб покрылся потом, ведь наступил критический момент, требующий предельной концентрации.

Жидкости в колбе начали смешиваться, образуя спираль золотистого света. Серебряные искры плясали в глубине раствора, а поверхность покрылась тончайшей плёнкой, переливающейся всеми цветами радуги.

— Работает, — прошептал я, чувствуя, как противоположные энергии сливаются в гармоничное целое. — Реакция идёт правильно.

Ещё полчаса мы следили за процессом, регулируя температуру и добавляя кристалл разума по каплям. Наконец, жидкость стабилизировалась, приобретя ярко-золотой цвет с серебристыми вкраплениями.

— Готово, — объявил Саймон, выключая нагрев. — Концентрированное противоядие от кровавого мха.

Но это была только основа. Согласно рецепту, концентрат нужно было разбавить родниковой водой в пропорции один к десяти, чтобы получить рабочий раствор.

— Родниковая вода… — задумался толстяк. — Где мы её возьмём среди осады?

— У меня есть кое-что похожее, — ответил я, доставая из кармана небольшую флягу.

Мы осторожно разбавили концентрат, следя за тем, чтобы пропорции были точными. Получившийся раствор сохранил золотистый оттенок, но стал намного более текучим.

— Теперь проверим эффективность, — сказал, наливая небольшое количество в пульверизатор.

Мы вышли во двор, где упырь неподвижно стоял в клетке. Я направил струю раствора на цветок-паразит на его голове.

Результат превзошёл все ожидания — алый цветок начал чернеть и съёживаться, словно его жгли кислотой. Упырь издал пронзительный крик — но это был уже человеческий крик боли, а не звериное рычание.

— СУКА, КАК ЖЕ БОЛЬНО! — заревел труп во всё горло, сотрясая клетку. — Что… что со мной⁈ ГДЕ Я⁈

— Ты был заражён паразитом, — объяснил я, продолжая опрыскивать остатки цветка. — Сейчас всё пройдёт, не суетись, мужик!

Через несколько минут от паразита не осталось и следа. Бывший упырь стоял в клетке, дрожа от шока и пытаясь понять, что с ним происходило.