Книга Системный Алхимик II, страница 96 – Павел Шимуро

— Когда старейшина отправлял нас в первый поход за алым цветком, который растёт на трупах, он мельком обронил, что совсем скоро привычный уклад рухнет, ведь пришли те, кого он не ожидал увидеть никогда в своей жизни! — Байер не на шутку переволновался его лицо покраснело, а оставшаяся рука сжата в кулак, — Ты понимаешь, что это значит, алхимик? — спросил он меня. Глаза молодого охотника горят огнём авантюризма. Он слова маленький ребёнок, который узнал, что пришельцы действительно существуют и они вот за тем поворотом…

— И что с ними? Ну, с этими чужаками? — спросил я полный надежд.

— Не знаю, но старейшина пока не вернулся, думаю по его возвращению можно будет узнать много нового, как раз про чужаков тоже, — Байер покачал головой, а я продолжил заниматься с лекарством.

Легким движением измельчил стебель лекарственной травы и смял пальцами мягкие лепестки. Измазал все руки в алую жидкость, причем её настолько много, что один небольшой цветок буквально заполнил всю ступку. Когда две жидкости смешались друг с другом, ничего интересного не происходило. Алые руны, которые тускло сияют, плавали на поверхности жидкости, но буквально через пару минут, когда я уже отчаялся и начал сомневаться в достоверности рецепта, произошло следующее:

Мелкие извивающиеся руны резко утонули в алой жидкости и началось нечто невероятное. Смесь начала закипать! Да, в прямом смысле этого слова! Сначала мелкие пузыри появились на поверхности раствора, но чем больше мы с Байером наблюдали за происходящим, тем больше становились пузыри.

— Что за…— ахнул молодой охотник, — Это… Выглядит, как проклятие, о котором говорил старейшина в момент того, когда ты проходил обряд взросления пробуждения дара.

— А что он такого наговорил, этот старый гад? — у Байера аж бровь задёргалась от моих слов, но он ничего не ответил на это.

— Когда кровь охотника закипит и вера его в дар истончится, значит проклятие пожрало его душу, — загадочным голосом произнёс малыш Байер, пытаясь таким образом нагнать сапиенс.

— Всё-всё, я понял, сделай лицо попроще, — меня пробило на смех, ведь пацан скорчил такое лицо, будто бы в следующее мгновение решится судьба всего человечества, ну или земля уйдёт из-под ног и он окунётся в жуткую бездну.

— Не веришь ты, алхимик, а зря, ой как зря, — он покачал головой и встал, — Разя всё сказал, желаю удачи с лекарством, — он поднял копьё с земли бросился помогать своим товарищам.

Пока кровь, смешанная с соком растения, медленно выкипала, образуя толстый осадок на дне ступки, я решил понаблюдать за битвой, если её так можно назвать.

В целом меня интересуют не сами охотники, а эти так называемые — зомби. Существо с бледно-серой кожей, которые совсем недавно были людьми, но теперь шоркают ногами по сырой земле или же спят в засаде, ожидая, пока один из колонии столкнётся с живой плотью. Эти твари в человеческом обличии, медленно, можно сказать — неторопливо, пытаются атаковать свою добычу в виде охотников. Странно, почему так нерасторопно? Может всё дело в том, что их тела теперь невероятно хрупкие? Чего стоит вспомнит ту особь, которой Маркус снёс голову. Она буквально рассыпалась на мелкие кусочки после того, как цветок был оторвал от туши.

Странно всё это и как-то не по себе мне от того факта, что подобное существует в этом мире. Цветы паразиты… Я бы понял, если бы они мелких грызунов или насекомых заражали и пытались контролировать их, но… Люди? Серьёзно? А что, если заражены не только люди, но и габаритные существа? Тот же медведь легко разворотит всё поселение, не оставив камня на камне.