Книга Чайный Мастер. Том 2, страница 112 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

Я бросил нарезку в воду, которая уже начала подниматься мелкими пузырьками. Помнил: чтобы раскрыть такой лист, его нужно именно выварить, а уже потом смешивать. Пока вода грелась, я оглядел полки. Невольно вспомнил о тетради с рецептами, которую Лира почти изучила, и подумал, что мне тоже нужно выкроить время на её чтение.

Но сейчас главным вопросом было то, что использовать в качестве связки для Листа Жизни и пыльцы Лунного колокольчика. Что взять? Золотарник? Я уже потянулся за последней веточкой над очагом, но замер. Нет, Марвин же прямо сказал — для таких рангов он бесполезен. Тогда, может, спиральку?.. Тоже не пойдет, она больше для вывода токсинов.

И тут мой взгляд зацепился за горшочек с Золотой лозой. «Связывающий и восстанавливающий эффект», — всплыли в голове слова старика. Вот то, что нужно.

Я достал лозу, которая на вид почти не изменилась, разве что кончики её крохотных редких листиков слегка подсохли, а сама тонкая лиана осталась такой же гибкой и прочной. Срезав небольшой кусок длиной около десяти сантиметров, решил не нарезать его, просто уложил его во второй, верхний чайник чайданлыка. Лиана тонкая, почти как нитка, и без нарезки отдаст все свои свойства воде.

Вскоре вода в нижнем сосуде почти закипела, и я стал помешивать Лист Жизни, наблюдая, как прозрачная жидкость приобретает глубокий зеленоватый оттенок, а сами кусочки растения буквально растворяются, превращаясь в причудливые завихрения. Энергетические воронки, — догадался я.

Потом отставил чайник чуть в сторону от прямого пламени и поставил сверху второй чайник, куда залил лиану тонким слоем воды. На пару она быстро прогрелась, и травянистый дух смешался с чем-то кислым — видимо, от лианы, — а сама вода во втором чайнике приобрела золотистый оттенок. И что удивительно, сама лиана не набухла, а наоборот, будто усохла, отдав все соки.

Убрав чайданлык от огня, я взял гайвань с пыльцой Лунного колокольчика и дал отварам немного остыть, чтобы кипяток не сжег нежные крупицы.

Поставив пиалу перед собой, задумался о том, как лучше влить энергию, и решил, что буду делать это поочередно для каждого компонента.

Так. Сначала отвар из Золотой лозы. Поднять повыше, чтобы насытить воду кислородом. Стоило ей упасть в гайвань, как золотистая жидкость начала искрить, смешиваясь с пыльцой. Она будто на миг перед тем, как раствориться, замерзала, а потом лопалась с искрой.

Когда пиала наполнилась наполовину, я добавил отвар Листа Жизни такой же струей.

Пыльца заискрилась еще сильнее, кружась в водовороте, где смешались золотой и зеленоватый оттенки отваров, рождая оливковый. В этот момент я почему-то ощутил себя так, как, наверное, ощущает себя начинающий алхимик.

Подхватив гайвань в руки, я вдохнул необычный кисло-терпкий аромат, который, несмотря на резкость, оказался приятным и бодрящим.

Затем сосредоточился на пульсации своего Родника, торопясь, пока пыльца окончательно не растворилась в воде, и повел внутреннюю энергию по каналам. Она влилась в настой легко и просто, словно сама стремилась соединиться с этими травами.

Я уловил нотки элемента дерева, тяжелые потоки льда, которые стремительно таяли, и попытался усилить их своей силой, чтобы выровнять баланс.

Родник пульсировал всё быстрее, а я торопился, увеличивая напор энергии в руках, и чувствовал, как глина нагревается под моими пальцами, пока наконец не ощутил что-то странное.