Книга Чайный Мастер. Том 1, страница 106 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

В этот самый момент я и начал понимать, что всё совсем не так просто, как думал Тинг и я заодно, опираясь на его память…

Марвин оглянулся, чтобы убедиться, что Лиры нигде нет, и, понизив голос до хриплого шипения, произнёс:

— Вот этот цветок стоит… — он указал на вторую баночку с Семицветом, а потом махнул рукой. — Ай! Да что толку тебе объяснять? Просто знай, что тебе повезло: я сам готовлю снадобья для Лиры, тратя уйму сил и здоровья, хотя зарёкся заниматься алхимией!

Я выдохнул и потёр переносицу. Вот оно как. Я понял, что ты за человек, Марвин. Всё понял.

Знал я такого мастера. Когда мы с женой только открывали чайную, он принёс нам дорогой чайник ручной работы. И единственное, что сказал: «Не вздумай разбить». Марвин был таким же. Не похвалит, но подзатыльник даст. И не из зла, а из заботы. Такие вот они люди. До последнего будут молчать и всё на себе тащить.

— Вы блефовали, — сказал я спокойно.

— Чего? — прорычал Марвин.

— Блефовали, когда говорили, что бросите Лиру, если я не принесу Семицвет, — повторил я. — Хотели, чтобы я жизни учился, а не на шее чужой сидел. Вот я и хочу жизни учиться, а не на вашей шее сидеть.

Марвин что-то забормотал, с силой провёл рукой по лицу и протяжно выдохнул.

Подняв на него глаза, увидел, как тот резко отвернулся к окну. Он сидел, тяжело дыша после вспышки гнева, и молчал. Я тоже посидел молча, переваривая услышанное. Нехорошо как-то разговор начался. Надо бы, как и с остывшим чаем, начать заново.

Поэтому я протёр стол тряпкой с кухни, спокойно разлил из чайника по пиалам ещё «Лесного сбора» и протянул пиалу Марвину. Тот, ещё не успокоившись, хмыкнул, но взял. Просидел так с минуту, а потом сделал глоток и буркнул:

— Бурда… — но не договорил, расширив глаза.

Весь его гнев улетучился почти мгновенно. Вместо этого в глазах блеснула заинтересованность. Всё-таки вспыльчивый он, но быстро отходит. Даже слишком быстро.

Марвин свёл брови вместе, потёр бороду и уставился на пиалу, будто забыл обо мне. Уже осознанно посмотрел на неё, выпил ещё, принюхался и уставился на меня с откровенным подозрением.

— Ты с каких пор научился такой чай заваривать?

— Не так давно, — махнул я рукой с лёгкой улыбкой. — Лира говорит, что талант у меня к этому. Узнал свойства некоторых трав. Попробовал на днях, и получилось, вроде.

Марвин только удивлённо хрюкнул, отпил ещё и протянул пиалу. Я долил.

— Лесной женьшень, — произнёс старик, распробовав, — цедра серебристая, терпкоцвет и золотарник. Всё из Леса. И всё завязано вот этим, — он постучал пальцем по пиале. — А воду ты где такую, с необычным послевкусием, взял?

— Из колодца, — просто ответил я, следя за его реакцией.

— Из колодца? — вскинул он брови и пробормотал: — Неужто восстановился…

— Восстановился? — переспросил я. — Вы знали о воде?

Марвин отставил пиалу. Несколько секунд смотрел в окно, забыв о том, что только что гневался, а потом заговорил, но без всякой ностальгии.

— Знал, конечно, — сказал он глухо. — Я до того алхимиком был. Каналы сжёг при сложной варке зелья. Не напрочь, но пальцы теперь дрожат, — он поднял руку, показывая мне их. — С тех пор могу делать только простые снадобья — до третьего ранга.

Вот тебе и «слабые», хмыкнул я. Или ранг не определяет качества? Скорее всего. Не зря же он сказал, что тратит на это уйму сил и здоровья. Волевой человек.