Онлайн книга «Системный Кузнец XII»
|
Подошёл к краю проёма. Зверька внизу уже не было видно, юркнул куда-то в свою стихию. Я свесился ближе, заглянул в чёрный зев. Снизу шёл звук, вернее целая каша из звуков, и каждый с угрозой. Низкое утробное гудение, какое бывает, когда внутри горы перекатывается что-то тяжёлое. Сквозь него прорывалось шипение — длинное, протяжное, похожее на то, как огромная сковорода брошена в воду. Изредка ухало, глухо и далеко, будто кто-то роняет молот на наковальню в соседней штольне через слой породы. И поверх всего — постоянный шорох, мелкий и беспрерывный, словно осыпается раскалённая крошка по стенам. Свет в Глотке жил своей жизнью — то багровый отблеск выплёскивался снизу, и стены вспыхивали красным, обнажая каждую трещину, каждый натёк; то всё гасло до темноты, и глаза переставали отличать, где порода, а где пустота. И снова вспышка, желтоватая на этот раз, ниже и чуть в стороне. «Ну что ж. Полезли». Бросил взгляд на веревку в крюке, что осталась после Торна. Подёргал, проверил — держит намертво. Обратил внимание, что веревка какая то-странная, не пенька вроде. А ведь и правда, как бы лен какой нибудь — выдержал температуру в этой глотке. [Анализ материала: Шнур из волокна Каменного Шёлка.] [Свойства: устойчивость к температурам до 900°C. Прочность на разрыв — 400 кг. Огнестойкость абсолютная.] [Рекомендация: пригоден для спуска в зоны с высокой концентрацией Огненной Ци.] Хмыкнул про себя. Ай да Торн, молодец парень, что тут скажешь. Видно, в Глубоких Рудах с пелёнок учат: собираешься в пекло, бери то, что в нем не сгорит, а Торн, по всей видимости, всегда был готов в то пекло отправится. У меня бы пенька на середине пути в труху осыпалась, а с ней я бы туда и ушёл, к огненным червям на знакомство. Прислушался к себе. Внутри было хорошо. Огонь и лёд лежали в нижнем котле двумя слоями, друг друга не теснили, а ждали команды. Костный Очаг тлел ровно, подкидывая в меридианы понемногу свежей Ци. Кожа на руках и груди ощущалась плотнее обычного, будто под рубаху подсунули тонкую кольчугу. Седьмая ступень, та самая. Сел на край проёма, свесил ноги в темноту. Снизу дохнуло жаром, и я сразу почувствовал, как волосы на голенях зашевелились, начали сворачиваться от тепла. Перехватил верёвку покрепче, обвил её вокруг бедра, и пошёл вниз. Первые метры дались легко. Стены были тёплыми, не больше. Я упирался ногами в породу, сдвигал пятку вниз, перебирал руками. Молот хлопал меня по бедру в такт движению. Зверька не было ни видно, ни слышно. Куда-то просквозил вперёд — видно, в его пекле он домашний. Метров через пять начало по-настоящему припекать — не так, как от костра, и даже не так, как от горна, к которому подошёл слишком близко. Это шло отовсюду сразу: от стен, от воздуха снизу. Каждый вдох обжигал ноздри изнутри, и я перешёл на короткое неглубокое дыхание, через зубы. Сера — вот это неприятнее всего. Густой, въедливый запах, который будто пытался залезть в лёгкие и осесть там жёлтой плёнкой. Почувствовал, как от затылка вниз по позвоночнику потёк холодок тревоги. Это не обычный жар, а словно что-то живое и чужое. «Ладно. Кокон». Закрыл глаза на секунду, не отпуская верёвки, и направил Ци к коже ровным слоем, по всему телу, будто заливал тонкую плёнку расплавленного металла поверх формы. Огонь обвил снаружи, прижался к коже изнутри, и я ощутил, как кокон встаёт между мной и испарениями. Дышать стало проще. Кожа перестала чувствовать укол серы. |