Книга Системный Кузнец V, страница 94 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Коллективная душа.

Душа, в которой пульсирует не эгоизм одинокого практика, а общая воля целого народа. Что может быть более подходящим для создания оружия, призванного защитить этот народ?

Это было правильно, не просто эффективно — именно правильно, на каком-то глубинном уровне.

Я остановился посреди комнаты, глядя в тёмный угол, где плясали последние отблески умирающей лампы.

Но были и практические проблемы, которые красивая теория не решала.

Во-первых, камень. Где взять эту «Губку Эфира»? Торгрим должен знать о таких минералах. Если кто-то в этой провинции и может достать подобную редкость, то только глава Клана Рудознатцев.

Нужно будет попросить у него, пока тот не отчалил в столицу — если такой камень вообще существует и доступен, иначе вся теория рассыпется, не успев родиться.

Во-вторых, практика — кодекс описывал что делать, но как именно собирать эти Вита-частицы? Какой ритуал нужен? Какие действия должен совершить я, чтобы стать «связующим звеном» между людьми и камнем?

Слепая Рита — безумная старуха, которая «слышит камни лучше, чем я слышу тебя», — так сказал Торгрим.

Если кто и знает практическую сторону вопроса, так это она.

Но Рита живёт в Нижнем городе, а меня, скорее всего, не выпустят из Замка в одиночку.

Криво усмехнулся, продолжая мерить шагами комнату.

Ну и что с того? Пусть приставят охрану, пошлют со мной хоть десяток стражников — плевать, главное — добраться до старухи и поговорить.

Всё это можно будет решить завтра.

Но сейчас сон не шёл — тело устало до дрожи, глаза горели от напряжения, однако разум работал на полных оборотах, отказываясь успокаиваться.

Толкнул дверь и вышел в коридор.

«Горнило» встретило тишиной и холодом. Большинство ламп давно погашено — лишь редкие огоньки тлели у входов в ниши мастеров, бросая на стены причудливые тени.

Шаги гулко отдавались от каменных стен. Эхо разбегалось по пустому пространству, возвращаясь шёпотом.

Днём это место кипело жизнью — звенели молоты, гудели горны, перекрикивались мастера. Сейчас же напоминало гробницу, где я был единственным живым существом.

Прошёлся вдоль стеллажей, машинально проводя пальцами по корешкам свитков. Пыль, кожа, холодный металл переплётов.

Мысли продолжали крутиться вокруг открытия.

Мастера нижней кузни — их там около тридцати человек, каждый из которых оставил за стенами Замка семью, дом, жизнь. Тридцать источников воли, страха и надежды.

А ещё беженцы из Верескового Оплота, которых больше трехста — люди, потерявшие всё, но не утратившие желания отомстить. Их ненависть к Скверне должна быть особенно острой и чистой.

Сотни людей. Сотни искр.

Если объединить их…

Остановился у входа в свою нишу, глядя на тёмный силуэт наковальни — в темноте та казалась живой.

Прислонился к холодному камню проёма, чувствуя, как сердце постепенно успокаивается.

Да, оставались вопросы, но теперь я видел реальную дорогу к цели.

Вошёл в нишу, двигаясь на ощупь в темноте. Пальцы скользнули по холодному камню стены, нашли деревянную раму ставни.

Потянул на себя — створка со скрипом отворилась, впуская внутрь поток морозного воздуха.

Ветер ударил в лицо, обжигая кожу ледяными иглами, вместе с ним ворвались снежинки — мелкие и колючие.

Закрыл глаза и подставил лицо потоку.

Холод охватывал снаружи, но внутри пылал Огонь — тот самый внутренний жар, который делал нечувствительным к стуже. Словно стоять на границе двух миров, чувствуя оба одновременно.