Книга Системный Кузнец III, страница 46 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— И насчёт продуктов… действуй! — крикнул Брику через плечо, удаляясь вслед за ополченцами.

— Хорошо! — донеслось в ответ. Мальчишка смотрел вслед, и я чувствовал его тревожный взгляд.

Шёл по главной улице, и взгляды прохожих на меня были другими, словно каждый в Оплоте уже слышал о моей инициативе. Люди перешёптывались, а некоторые даже показывали пальцем.

— Славное дело замыслил, пацан! — одобрительно проговорил лысый и низенький мужичок с пышными чёрными усами, выставивший на продажу плетёные корзины. — Правильно! А то наш староста и носом не поведёт, чтоб ополчение вооружить как следует!

— Хорошего подмастерья Гуннар воспитал! — донеслось чуть дальше.

Это говорил старик в войлочной шапке, похожей на гриб. Дед выложил на прилавок пучки зелени и несколько крупных тыкв.

Кивнул старику и бросил взгляд на спины ополченцев, что шли впереди. Чуть-чуть догнав их, ещё раз посмотрел на лица — будто провели бессонную ночь на дозоре — серые, с тёмными кругами под глазами. Сложно понять, как мужики относятся к одобрительным выкрикам в мой адрес.

Когда поднялись почти на холм, один из солдат сбавил шаг и, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Если и вправду что-то толковое для нас смастеришь — народ благодарен будет. Вот только староста гневается — не любит он, когда что-то мимо него проскакивает.

— Но он мужик не глупый, — добавил второй. — Понимает, что для общего дела стараешься, так что сильно браниться не станет. Ты главное, слушай, что тот говорит, и со всем соглашайся — не перечь.

Мужчина повернул голову, и его уставшие глаза с любопытством посмотрели на меня.

— К слову, чего мастерить-то задумал?

Как же ему ответить? Так, чтобы не возникло лишних вопросов, откуда у меня такие знания.

— Да мастер Гуннар как-то рассказывал… — начал, стараясь говорить неуверенно. — Про старое оружие, что его дед ещё ковал — говорил, получше наших копий будет. С большим таким наконечником, похожим на лезвие косы. Что им не только колоть, но и рубить можно, и зацепить всадника с лошади. Вот и решил попробовать таких наклепать, пока время есть.

Сказал просто, изображая растерянность. Мы уже подходили к большому дому Борина.

— О как! — с удивлением воскликнул ополченец в шлеме. — Так ей же, поди, и махать-то по-другому надо — ещё научиться придётся.

Решил не отвечать, сейчас важно сконцентрироваться на предстоящем разговоре со старостой — от него будет зависеть очень многое. Кстати, пока шёл, вспомнил ещё одну вещь, что не давала покоя ночью — уголь, которого стремительно становилось всё меньше. Хватит ли сырья на такую масштабную работу? Может, удастся убедить Борина выделить немного из запасов для общего дела?

Мы подошли к дому — настоящая крепость в миниатюре, насмехающаяся над жалкими мазанками вокруг. Первый этаж сложен из массивных валунов, скреплённых раствором. Узкие, похожие на бойницы, окна с толстыми железными решётками. Второй этаж сделан из дубового сруба, а покатая крыша покрыта не соломой, а аккуратной деревянной дранкой. К дубовой двери вели три широкие, вытертые сотнями ног деревянные ступени.

Доведя до створки, воин без шлема открыл дверь, пропуская внутрь. Второй остался снаружи, уперев копьё в землю. Я вошёл.

После серого утра оказался в помещении, залитом тёплым светом. Воздух был сухим, пахнущим дымом очага и чем-то пряным. Это была просторная прихожая-сени, на каменном полу лежали шкуры волков и одного большого медведя. Вдоль стен — массивные дубовые лавки, а на стене — оленьи рога, на которых развешана верхняя одежда.