Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 66 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Наконец, почувствовал, что кромка стала почти идеальной.

Взял готовый нож и очень осторожно прикоснулся остриём к подушечке пальца. Сначала — ничего. Но стоило мне сделать микроскопическое режущее движение, как я ощутил жгучую боль. Одёрнул руку — на коже тут же выступила алая капелька крови.

Нож был не идеален — в нём не было изящества шедевра, но это была достойная работа. Он был действительно острым.

И тут же пришло отрезвляющее понимание: на этот один ржавый нож ушёл почти час. Заточить таким образом гору инструментов к завтрашнему вечеру было физически невозможно. Этот кропотливый труд не имел ничего общего с той потоковой работой, которая мне предстояла.

Я с тихим вздохом отложил камни в сторону. Придётся искать компромисс между качеством и скоростью, но теперь, по крайней мере, знаю, на что способны эти камни и мои руки.

Инструменты так и не несли. Голоса и смех доносились откуда-то со стороны большой казармы, но в мою сторону никто не шёл.

Чёрт с ними.

Подойдя к мешку, выложил припасы на пень и свежезаточенным ножом отрезал несколько тонких ломтиков сала. Положив их на кусок лепёшки, с наслаждением вгрызся в свой импровизированный бутерброд. Простая еда, но сейчас она казалась пищей богов. Жирная солонина наполнила тело долгожданным теплом и энергией. Пусть времени в обрез и я в этом Богом забытом месте, но у меня есть острый нож и еда, что было уже неплохо.

Доев, тщательно вытер клинок о мешковину, убрал всё обратно и вышел из мастерской. Ждать дальше было бессмысленно. Они могли просто забыть обо мне, но, чёрт возьми, им что, не нужен острый инструмент?

На улице стало тише, прошлое оживление испарилось. Зато из того двухэтажного дома — «замка» местного царька — доносился гул множества возбуждённых голосов. Там явно шёл какой-то спор.

Стараясь выглядеть как можно незаметнее, двинулся в ту сторону, ловя на себе подозрительные взгляды немногочисленной охраны, оставшейся во дворе. Из зияющего зева шахты как раз выходила очередная смена. Чёрные как смола, измождённые люди в рванине, едва волочили за собой тяжёлые кирки. Лица шахтёров были пустыми. За ними, держась на расстояния, вышло пятеро бойцов в кожаных доспехах, с мечами и щитами, значит, угроза как внутри, так и под землёй. Да уж, работа кузнецом в тёплой деревне вдруг показалась мне весёлой прогулкой. Хорошо, что я переродился не в теле шахтёра.

Прошёл к «замку» на расстояние в десяток шагов и остановился, подходить ближе было бы наглостью. Слов разобрать не получалось, но было ясно, о чём речь: охотники пришли не просто так, либо они сейчас качали права перед местным начальством, либо все вместе пытались выработать стратегию против волков.

Их напряжение было понятно — те твари, что чуть не сделали из меня фарш, были настоящими монстрами. До сих пор трудно представить, как человек, даже такой, как Йорн, может с ними справиться.

Хотелось подойти ближе, прислушаться, понять расклад сил. Но у меня были свои, более приземлённые проблемы. Нужно найти того седобородого со шрамом и выяснить, где мои инструменты, помимо тех немногочисленных, что лежали в сарае, и, что не менее важно, решить бытовой вопрос — я умирал от жажды, а колодца нигде не было видно.

Стоя посреди двора, усыпанного чёрной каменной крошкой, окружённый тёмно-серыми скалами, я, наверное, выглядел абсолютно потерянным. Вновь поймав на себе взгляд одного из охранников, решил действовать.