Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 347 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Я кивнул и этого было достаточно. Свен не хотел сказать ничего больше, но показалось, что сказал главное одним словом. Что благодарен, что жизнь свела нас вместе, и я тоже был благодарен за это. Рыжий был настоящим мужиком, крепким товарищем — разглядел во мне главное, за фасадом юного тела.

Улыбнулся, сам не знаю, почему — криво, но искренне. Снова посмотрел на существ — те продолжали щёлкать жвалами. Черные тела тёрлись друг о друга, извиваясь. Сотни маленьких ножек цокали по грязной земле, создавая шуршащий звук.

Поднял гвизарму, направляя на них. На что тут рассчитывать? На красивую смерть, разве что. Но картинки… картинки того, как падальщики будут терзать моё тело… всё-таки наполняли первобытным ужасом.

Хотелось жить. Отчаянно хотел прожить ещё одну, полную приключений жизнь в этом теле. Чёрт его дери…

Судорожно вдохнул — так тело боролось с подступающим ужасом смерти.

Заставил себя дышать глубже и сильнее. Ци внутри не осталось, знал наверняка. Дышал, чтобы пропустить через себя страх, чтобы встретить смерть достойно, а не побежать назад в припадке паники, визжа, как перепуганный поросёнок.

Тело просило об этом, умоляло. «Беги! Ты можешь спастись!» — кричало оно.

«Бред. Чушь собачья,» — отвечал ему.

Дышать, Дима. Просто дышать.

И в какой-то момент стало спокойнее. Где-то в самой глубине опустошённого " горна" ощутил слабое тепло — не ярость огня, а ровное тепло остывающего очага. Снова, как тогда, в доме у Борга — страх отступил, уступив место концентрации. Просто этот момент, просто впереди — смерть. Безмолвная тьма.

Другие мужчины боялись гораздо больше. Слышал, как они шепчут молитвы духам, как стучат их зубы. Кто-то тихо, по-мужски, беззвучно плакал.

— Ара… девочка моя… — донёсся обрывок шёпота одного из ополченцев, видимо, прощавшегося с дочерью.

И вот тогда всё началось.

Как по команде, все твари в синхронном движении распахнули пасти так широко, как никогда не видел. Из их глоток начала извергаться чёрная слизь. Потопав сотнями ножек, падальщики двинулись на нас, извиваясь в предвкушении.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — скомандовал Хенрик надломленным голосом.

Мужчины с заплетающимися ногами начали жаться друг к другу, инстинктивно пытаясь встать в ряд. Я сделал тоже самое. Наступил на чьё-то ещё тёплое тело и чуть не упал. Сделал несколько шагов назад, ощущая спиной плечи боевых товарищей.

И вот, ряд начал формироваться. Длинные копья, несколько мечей, мои гвизармы — оружие, зажатое в трясущихся руках, вытянулось вперёд, готовясь дать последний бой надвигающейся бездне.

Твари, огибая деревенский колодец, двигались неумолимо. До них оставалось метров десять.

«Ну вот и всё».

Дышал размеренно и глубоко. Бросил последний взгляд наверх, на падающие хлопья. Буран стихал, его ярость сменялась ласковым снегопадом. Облачка пара вырывались при каждом выдохе.

Твари начали ускоряться.

— ГОТОВЬСЯ! — прорычал Хенрик из последних сил.

Где-то там, в строю, стоял и Свен, с занесённым топором, готовый к концу. «Лишь бы зацепить ещё парочку,» — подумал я. Крепко сжал холодное древко. Руки уже не горели огнём, но ещё хранили его тепло.

И тут послышался глухой грохот отодвигаемого засова, а следом — протяжный скрип тяжёлой двери.

Я не успел ничего понять. Откуда-то сбоку, со стороны дома алхимика, раздался низкочастотный гул, будто пела сама бездна, и он не прекращался.