Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 190 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Восьмая ступень… девятая… Смогу ли я стать таким же быстрым, как Йорн? Таким же сильным, как мой отец?

Споткнулся на последнем слове. Как глубоко смешались во мне сознание Дмитрия и чувства Кая — Арвальд уже не был просто «отцом этого тела» — он становился частью меня.

До второй ступени рукой подать. Сообщение Системы стало идеальным стимулом, нельзя останавливаться — решил не откладывать, дела могут немного подождать.

Эпизод с Финном со всей жестокостью показал простую истину — пока я слаб, любой заносчивый ублюдок может безнаказанно вытереть об меня ноги. Знания, планы — всё это пыль, если не смогу защититься физически.

Насытившись Ци от горна, отошёл в свободный угол и решил делать упражнения на износ: отжимания на кулаках, пока костяшки не начнут кровоточить о каменный пол, глубокие приседания, пока ноги не превратятся в дрожащее желе, статические стойки, замирая в неудобных позах, пока каждая мышца не начнёт кричать.

Каждая капля пота, каждый судорожный вдох, каждая вспышка боли — всё будет превращаться в проценты прогресса.

Скинув пропахшую дымом рубаху, подошёл к стопке заготовок. Взял два самых тяжёлых стальных бруска, и холодный металл впился в ладони. Удерживая их на плечах, начал приседать.

Первый подход дался относительно легко. Двадцать. Тридцать. Сорок повторений. Мышцы стали гореть. Пятьдесят. Ноги задрожали. На пятьдесят третьем просто подкосились, и я рухнул на колени, бросив бруски.

Сидя на грязном полу, тяжело дыша, почувствовал это:

Волна густой Огненной Ци хлынула из «внутреннего горна» вниз по ногам, вливалась в ноющие мышцы — боль не уходила, но к ней примешивалось пульсирующее ощущение силы, словно невидимая сеть питала истерзанные волокна.

Через минуту был на ногах. Второй подход. Третий. Всего шесть, пока мышцы окончательно не отказали.

Заметил две вещи: во-первых, повторений стало гораздо больше, а во-вторых, сами движения стали идеальнее. Не думал об этом, но тело само ставило ноги шире, держало спину прямой, опускалось ниже, словно зная, как выжать максимум, задействовав каждое волокно. Я интуитивно ощущал свой собственный потенциал.

Дальше — икры. Затем — отжимания, подход за подходом, до хруста в суставах. Менял постановку рук: узко — нагружая трицепсы, широко — растягивая грудные, на кулаках — вбивая костяшки в утрамбованную землю.

Система придала какой-то фанатичный объём мотивации, хотелось выковать тело так же тщательно, как лучший клинок.

И я начал ловить кайф от процесса. Распределение Ци по работающим мышцам доставляло тонкое удовольствие. Буквально чувствовал, как тёплые волны энергии вливаются в микроскопические разрывы мышечной ткани, питая, исцеляя и заставляя расти.

Всё тело превратилось в один пульсирующий болью мускул. Пот лил ручьями, капая со лба и груди, оставляя тёмные пятна на пыльном полу. Мокрые волосы прилипли ко лбу, смешиваясь с въевшейся грязью.

Это истязание, и это прекрасно.

Через тридцать минут и пятнадцать подходов наступил предел — я завис на втором повторении, руки дрожали, как струны. Понимал, что если сейчас опущусь, то не поднимусь — трицепсы и грудные горели адским огнём.

Решил идти до конца.

Медленно, миллиметр за миллиметром, опустился ниже. Тело взвыло, мышцы отказались слушаться — тогда направил всю волю и концентрацию во внутренний горн. Почувствовал, как тот, словно вулкан, изверг весь накопленный запас Ци, вливая её напрямую в кричащие мышцы.