Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 105 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Йохан! Старые забои! Если обрушить потолок в проходе и закрыться внутри⁈

— Сбрендил⁈ Себя же и завалим! — рявкнул он, но тут же осёкся. В глазах мелькнула мысль. — Хотя… если по уму… можно было бы. Но поздно! Они уже здесь будут через минуту!

Не все побежали — человек пятнадцать, самые крепкие и вменяемые, стали сбиваться в кучу, выставляя вперёд свои кирки. Мы с напарником тоже подтянулись к ним — спина к спине, готовые встретить волну монстров, против которых не было ни единого шанса. Сердце колотилось, руки дрожали, но бежать некуда.

Высокочастотный писк, режущий слух, вырвался из «Вены», к нему тут же примешался сухой шорох сотен когтистых лап по камню. Всё было как в кошмаре, из которого невозможно проснуться. Секунда за секундой наша группа приближалась к неизбежному.

И вот первая морда показалась из тьмы, похожая на голову гигантской мокрицы, покрытой толстым хитином. Её вертикальные жвалы, полные острых зубов, мелко подрагивали, а затем с щелчком раскрылись, ища, во что бы вцепиться. За ней — вторая, третья, четвёртая… Они бежали на нас, и сухой шорох сотен когтистых лап по камню превратился в треск, от которого закладывало уши.

— НЕ-Е-ЕТ! — истошно заорал кто-то из нашей группы, будто этот крик мог обратить вспять мерзкий рой.

Несколько человек, бросив инструменты, сорвались с места и побежали.

— СТОЯТЬ! ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — проревел громила-шахтёр, тот самый, которого видел в старом забое.

Тварей было не так много, как наверху, у зева — может, десяток. Но теперь я понял, почему их так боятся. Они двигались рвано, с неестественной скоростью, игнорируя любые препятствия на своём пути. Они не оббегали камни, а перетекали через них, не сбавляя хода.

Когда монстры настигли нашу группу, один из шахтёров замахнулся что есть мочи и опустил кирку на ближайшего падальщика. Раздался глухой звук — панцирь треснул, но острие отскочило, будто от наковальни. Тварь даже не пошатнулась, не замедлилась ни на секунду. Её жвала молниеносно сомкнулись на руке шахтёра. Раздался хруст костей, и сотни зубов начали с жадностью рвать плоть, а мужик истошно заорал.

— БЕЙ! ВСЕ РАЗОМ! НАС БОЛЬШЕ! — скомандовал громила.

Люди, подстёгнутые ужасом, взревели и бросились вперёд, молотя по чёрным спинам.

— ПО МОРДЕ! ХЕРАЧЬ ПО МОРДЕ! — кричал кто-то.

Несколько работяг упали на пол, и твари тут же набрасывались на них, начиная терзать. Один из шахтёров пытался отбиться ногами, но его уже тащили в темноту.

Адреналин ударил в кровь, заставив протиснуться между двумя мужиками. Передо мной падальщик вцепился в плечо упавшего, методично разрывая его. Я вскинул оружие. Спокойно, как на учениях: оцени и действуй. Не став бить со всей дури, сделал короткий рубящий удар, целясь в сочленение между головой и туловищем — в ту узкую щель, где хитин казался тоньше.

Острие моей добротно заточенной кирки с хрустом вошло в плоть, и тварь взвизгнула, но не затихла. Она дёрнулась, игнорируя торчащее из неё железо, и её тело начало извиваться, а морда с раскрытыми жвалами повернулась ко мне.

Кирка застряла. Дёрнул раз, другой — рукоять не поддавалась. Тварь, шипя, уже разворачивалась, чтобы атаковать. Я упёрся ногой в её скользкое тело и рванул кирку на себя — острие вышло с фонтаном чёрной жижи. Не теряя ни секунды, пока существо разевало пасть, нанёс добивающий удар в то же место. Только тогда она обмякла.