Книга Железный Ворон 2, страница 52 – Ярослав Мечников

Он был в ловушке.

Вот чёрт. И вправду, весьма сложная ситуация. Его нельзя было просто так отпустить.

Я посмотрел на брата и сестру.

— Если интересует моё мнение, — сказал я, обращаясь к Анастасии, — то… я оставлю право выбора тебе.

Она удивлённо подняла на меня глаза.

— При условии, — добавил я, переводя жёсткий взгляд на Родиона, — что этот… как бы тебя назвать… в общем, эта «редиска» не наломает больше никаких дров.

Родион вздрогнул от моего тона и тут же замотал головой.

— Нет! Клянусь! Я ничего… я больше никогда…

Анастасия долго смотрела на меня, а затем на своего брата.

— Хорошо, — сказала она наконец. Её голос был холодным, как лёд, но в нём была и усталость. — Я принимаю твоё условие.

Она повернулась к Родиону.

— А ты… ты вернёшься в свою комнату. И будешь сидеть там и не высовываться. Ты болен. У тебя лихорадка. Ты никуда не выходил и ничего не видел. Если кто-то спросит, ты был в своей постели. Ты меня понял?

— Понял, — прошептал он.

— О нашем разговоре, — она посмотрела на меня, — отцу мы ничего не скажем. Ни я, ни ты. Пусть он думает, что ты просто испугался и сбежал. Для всех остальных… ты ничего не знаешь.

Она взяла на себя ответственность. Она создавала ему алиби, но при этом сажала на короткий поводок.

— А теперь идите, — приказала она брату. — Оба. Возвращайтесь в Академию. Немедленно. Я вас догоню. Мне нужно… кое-что здесь закончить.

Родион, не веря своему спасению, кивнул и, не глядя на меня, бросился к выходу из усыпальницы.

— Ты тоже иди, Алексей, — сказала она, не поворачиваясь ко мне. — Уходи.

— Что ты собираешься делать? — спросил я.

Она обвела взглядом разгромленную лабораторию.

— Кто-то должен прибраться, — ответила она просто. — Если стража найдёт здесь всё в таком виде, под подозрение попадут все. Включая тебя. Я уничтожу все следы. Своим способом.

Она посмотрела на меня.

— Это тоже часть защиты нашей «будущей семьи». Иди. Это не то, что тебе стоит видеть.

Она собиралась сделать что-то… опасное. И она хотела сделать это в одиночку.

— Нет, — сказал я твёрдо, и в моём голосе не было места для споров. — Я тебя тут одну не оставлю. И это не обсуждается.

Анастасия обернулась и посмотрела на меня с удивлением и… толикой раздражения.

— Воронцов, я не просила о помощи. Я знаю, что делаю.

— Да неужели? — я сделал шаг к ней, и мой голос был полон холодной ярости. — Ты не просила меня о помощи и до этого! Когда пошла сюда одна!

Я смотрел ей прямо в глаза, не давая отвести взгляд.

— И если бы я не пришёл, если бы не решил пойти сюда именно сейчас — вам с твоим братом-идиотом пришёл бы конец! Ты меня понимаешь⁈

Мои слова, полные правды и обвинения, ударили по ней. Она отшатнулась, словно от пощёчины.

— Я… — начала она, но запнулась.

— Что «ты»? — надавил я. — Ты знала, что здесь опасно! Знала, что Магистр мог ждать! Но ты всё равно попёрлась сюда в одиночку! Зачем⁈ Чтобы доказать, что ты самая умная? Самая сильная?

Она молчала. Я был прав, и она это знала.

— В нашем мире, Воронцов, — сказала она наконец тихо, но в её голосе звенела сталь, — каждый выживает в одиночку. Я не привыкла надеяться на других.

— Что ж, пора привыкать, — отрезал я. — Потому что, нравится тебе это или нет, теперь мы связаны. И если ты снова устроишь такую самодеятельность и погибнешь, твой отец и мой отец решат, что это я тебя не уберёг. И тогда проблемы будут у меня. Так что, будь добра, в следующий раз хотя бы ставь меня в известность о своих суицидальных планах.