Книга Железный Ворон 1, страница 55 – Ярослав Мечников

«…на протяжении последних двух столетий Род Голицыных находится в состоянии „холодной войны“ с Родом Воронцовых. Истоки конфликта лежат в споре за контроль над Северными Территориями, богатыми источниками эфира. Конфликт периодически перерастает в локальные стычки, политические интриги и дуэли между младшими представителями Родов, часто заканчивающиеся трагически…»

Так вот оно что. Дуэль Алексея с Голицыным была не просто студенческой разборкой. Это был очередной виток вековой вражды двух кланов. И мой провал на ней был не просто личной неудачей, а позором для всего Рода в глазах их главных конкурентов.

Пока я переваривал эту информацию, я продолжал листать книгу, выискивая хоть какую-то хронологию. Наконец, в самом начале, в предисловии, я нашёл то, что искал.

«…настоящее издание, дополненное и исправленное, приурочено к трёхсотлетию со дня восхождения на престол Императора-Основателя, Петра Алексеевича Романова-Юсупова. По милости всех Сил, мы живём в 301 году Новой Эры…»

301 год. Новой Эры. Хоть какая-то точка отсчёта.

Я сидел, окружённый новыми фактами. Вражда кланов, словно в «Ромео и Джульетте», только вместо любви — политика и ресурсы. Погибший брат. Отец-тиран. И загадочный ритуал, который и стал причиной моего появления здесь. Картина мира становилась всё сложнее и опаснее. Страницы учебника расплывались перед глазами. Голова гудела от информации.

Что ж… Как бы это ни было странно… я правда начинаю понимать. Эта дуэль… она в каком-то смысле очернила не меня, а весь род Воронцовых в глазах Голицыных. Это было не просто поражение. Это было унижение. Как если бы… не знаю, ну как в детстве, мы двор на двор шли. И вот наш главный, если бы узнал, что малой проиграл в драке, — он бы серьёзно расстроился на этот счёт. Неуместное, конечно, сравнение, но игры здесь велись опасные. Эта вражда, она уже въелась в кровь. И отцовские чувства не мешали ей владеть умом этого Дмитрия.

Кровная вражда. Унижение. Ладно… не стоит его оправдывать. Это конченое поведение. Не поддаётся никакой критике. Но… если он вдруг вызовет меня к себе… как мне себя вести? Как смотреть ему в глаза? Как сдержать себя, чтобы не плюнуть ему в лицо?

Я резко закрыл книгу. Голова разболелась. Я смотрел перед собой в пустоту.

Игнат… Когда я мысленно произнёс это имя, внутри пронеслось что-то тёплое. Родное. Воспоминание, которого нет. Образ, которого я не видел. Но я отчаянно не мог ничего вспомнить, кроме этого мимолётного, фантомного чувства.

Ладно… Урок истории на сегодня закончен, — сказал я сам себе.

Я встал из-за стола, подошёл к дивану и просто лёг, закинув руки за голову. Взгляд упёрся в безупречный каменный потолок. Я лежал так несколько минут, пытаясь унять рой мыслей. А потом моя рука сама потянулась к столу и взяла оттуда другой учебник — «Базовые Плетения: Защита, Атака, Иллюзия».

Я сел, прислонившись к мягкой спинке дивана, и открыл книгу. А вот это мне реально пригодится. Защиту я уже знаю. Но лучшая защита — это нападение. Тренер, царство ему небесное, помог усвоить этот урок очень хорошо.

Я пролистал раздел «Защита». «Чешуя», «Зеркало», «Кокон» — всё было описано именно так, как показывал лекарь, с подробными схемами и диаграммами энергетических потоков. Я убедился, что запомнил всё правильно.