Книга Проект: "Возмездие" Книга 3, страница 89 – Игорь Маревский

* * *

Высокий широкоплечий мужчина с аккуратно уложенными назад лазурными волосами вошёл в комнату, оставив за спиной возбуждённых и жаждущих его ласк женщин. Он подошёл к небольшому столику, на котором, как обычно, его ждал бокал крепкого вина и запечённые в сахаре яблоки. К фруктам он не притронулся, а вот свой любимый напиток пропустить не смог. Несколько глубоких глотков, и содержимое бокала исчезло в его глотке, а мужчина довольно выдохнул и закрыл глаза.

За спиной раздались шаги. Слишком мягкие, чтобы принадлежать мужчине, слишком уверенные для покорной рабыни. Они медленно приближались, раздаваясь босым шлёпаньем по холодному полу его имения. Мужчина недовольно выдохнул, ощущая, что сил для ещё одного захода в нём больше не осталось, да и в последнее время его тело находилось не в лучшем состоянии, так как всю энергию он отдавал размышлениям.

— Всё ещё обдумываешь? — спросил мягкий женский голос, а бархатные руки прошлись по его плечам, разминая уставшие мышцы.

Он поставил бокал, ощутил, как девушка прижимается к спине мягкими грудями, и холодно ответил:

— Мои мысли тебя не касаются.

Она остановилась, обошла его со стороны, и, будучи обнажённой, села на край стола и игриво улыбнулась. Прекрасное тело, длинные и стройные ноги, заброшенные друг на друга, скрывающие женское лоно. Аккуратные груди, пухлые губы и гладковыбритая голова. Она смотрела на него вызывающим взглядом, игриво двигая бёдрами, и специально молчала. Через некоторое время мужчина не выдержал и грозно поинтересовался.

— Зачем ты пришла? У меня нет ни сил, ни желания тебя трахать.

— Твой отец уже утолил мою жажду, — произнесла она так, словно это должно прозвучать как оскорбление.

Человек же напротив слегка приподнял брови и спросил уже не таким холодным голосом:

— Да?

Она улыбнулась ещё шире, и, наклонившись, убедилась, что рабыни на кровати в соседней комнате их не подслушивают, продолжила:

— Он ничего не знает и, кажется, даже не догадывается.

Мужчина подошёл ближе, одной рукой схватил её за лицо и, крепко сжав пальцы, ядовито прошипел:

— Что такая, как ты, может знать о том, что творится в голове у лидера торгового клана?

Девушка даже не шелохнулась. Она покорно продолжала смотреть на человека и, не изменяя интонации, произнесла:

— Ты даже представить не можешь, на что способен обнажённый и беззащитный мужчина в объятьях любящей женщины. В момент, когда вся напыщенная и выстроенная против врагов защита рушится, и он превращается в обычного наивного мальчика.

Тот разжал хватку и, нахмурившись, поинтересовался:

— И что он тебе сказал?

— Он хочет, чтобы ты чаще проводил время на публике. Народу нужно больше тебя видеть, привыкать, особенно когда ты станешь главой торгового клана.

Человек фыркнул:

— Бесполезные игрища. Кровавые бойни ежей на потеху челяди! Они всё ещё пытаются купить любовь народа, словно мы в этом нуждаемся!

— Ритуалы важны, даже когда ты не видишь в них никакого смысла, — произнесла она, чувствуя, что нащупала больную точку человека.

Он схватил алюминиевый графин, налил себе вина и залпом выпил.

— Вся эта добыча! Всё это производство! Ради чего? Чтобы потом отправить синтов на третий рубеж? А взамен мы что получаем? Я что-то не припомню, чтобы с третьего рубежа нам приходило хоть что-нибудь! Сколько усилий уходит почём зря, которые мы могли бы направить на развитие и улучшение собственного производства! А то мы как отщепенцы, застрявшие между двумя рубежами, не можем определиться, к какому принадлежим! Ещё и этот чёртов фронтир! Отец и другие главы кланов не понимают, что вместо ссылки неугодных и созданию целой сети паразитов под ногами лучше было бы их пустить под нож или сделать целью ритуалов.