Книга Проект: "Возмездие" Книга 1, страница 51 – Игорь Маревский

Лита спешно поднялся на ноги, но к тому времени червяк уже превратился в кучу мелких песчинок. Мы на мгновение встретились взглядами, но ее лицо не выражало ничего, кроме отвращения и ненависти. Она молча разжала пальцы, выронив испачканный в крови камень, и молча побежала обратно к ватаге Мышьяка.

Я заметил, что оставшиеся черви стремительно отступили и не стали преследовать девушку, а затем, резко выдохнув, проверил содержимое инвентаря.

//Куб нанитов: 1 шт.

//Содержит в себе концентрацию редкого ресурса ВР-3

//Можно использовать для создания уникальных имплантов или обменять на кибернетические материалы в любом терминале ВР-3

//Ценность обмена зависит от социального уровня владельца и репутации в ватаге или бригаде.

Уж лучше бы его ценности хватило, чтобы выкупить себе свободу и подняться на следующую ступень.

Большинство наёмников приблизилось к первому котловану, где они уже без помощи рабов выманивали крупных особей и потрошили тех на ресурсы. Мышьяк привел с собой личную группу смертников, которые, опустив головы, стояли за спинами хозяев и дожидались команд.

Из нашей группы уцелели мы трое, плюс один худощавый паренёк, правда, в процессе он повредил себе левую руку, что болталась при ходьбе, как мокрая лапша. Да уж, с такой работать явно будет тяжелее, хотя перебирать кибу и таскать вёдра можно и одной.

//Внимание.

//Риск повторной волны ионной бури увеличился еще на двадцать восемь процентов.

//Крайне советую отыскать убежище и покинуть зону поражения.

— Смертник!

Моё имя в голосе Мышьяка прозвучало так, словно оно с трудом прорвалось через его сжатые зубы. Брут, сидевший на земле и жадно поглощающий воду через тоненькую трубочку, повернул голову и выронил бутылку из рук.

— Привет, Мышьяк, — с трудом ответил я, всё еще переводя дух.

Он подошел вплотную и произнёс сквозь стиснутые зубы:

— Тебе что сказано было? Бегать со всеми остальными, а потом сдохнуть.

Я выпрямился, и мы встретились взглядами. Его глаза буквально горели огнём ненависти, но по какой-то причине он еще не вонзил нож мне в сердце.

— В первый раз, — ответил я спокойным голосом, — черви меня отрезали, пришлось спасаться. Ты уж извини, что всё еще жив, так получилось.

Мышьяк широко улыбнулся, отвернулся от меня и захохотал, отойдя от меня на несколько шагов.

— Живучий... — вдруг заговорил он, играя желваками. — Стоит тебе отдать должное. Я думал, ты продержишься минуту, максимум две, — вдруг он остановился и холодным голосом добавил: — Так даже лучше, лично убью!

Адреналин постепенно сходил на нет. Неудобство в коленях вернулось, а свежая рана на левом плече давала о себе знать острой, проникающей болью. Мне до жути хотелось пить, но больше всего меня выводили из себя постоянные насмешки и угрозы этого больного ублюдка. Я взмахнул рукой и, призвав армейский нож, громко заявил:

— Знаешь, Мышьяк, меня уже запарили твои угрозы. То будешь убивать, то не будешь. Ты уже определись! Хочешь сделать всё сам? Так валяй! Вот он я! Даже никуда идти не надо. В противном случае заткнись и хватит скакать из стороны в сторону и ломаться, как баба в ресторане!

Вокруг внезапно повисла тишина, изредка прерываемая звуками сражения у центрального котлована. Тут я заметил, что держал в руке огрызок былого оружия. Лезвие сломалось ровно посередине, но этого всё еще было достаточно, чтобы продать свою жизнь подороже, а может, даже и убить паршивца. В любом случае, время шуток и пустых угроз прошло.