Книга Три Царя, страница 81 – Игорь Маревский

— Ты, Балдур, не правильно будишь. Не так нужно оживлять того, кто в мире блаженном прибывает.

Ярик спокойно окинул взглядом сторожку, и схватив бутылку, звонко щелкнул пробкой. Бровь у певчего зашевелилась, а Ярик продолжил:

— Выпьешь?

— А чего не выпить то?! — совершенно резко, на удивление всем вышел из коматозного состояния певчий.

Он, продирая глаза, нащупал чарку, и не обращая никакого внимания на стоящего напротив Ярика, протянул за добавкой.

— Это подождет, — произнес Балдур. — Просыпайся, возвращайся в мир наш серый. Ты меня понимаешь?

Ради пущего эффекта, замечая, как певчий постепенно возвращается в мир сладости и блаженства, он отвесил пару легких пощечин. Певчий резко вдохнул и захлопал глазами с длинными и пышными ресницами.

— Господин, Колдун. Тут к вам гости пришли из полиса, важные. Тоже собратья ваши колдуны. Переправятся хотят, — заговорил Старик, что стоял позади всех.

— Из… по-лиса значит? — с легким недовольством промямлил, жуя слова певчий, всё еще не слыша, как по чарке льется настойка.

Ярик вновь знаком дал понять, что всё под контролем и накапал. Певчий, не поднимая головы, пошевелил рукой, словно измеряя вес кубка, а затем ворчливо промычал. Ярик долил. Певчий благодарно кивнул, и подняв чарку в тосте, отхлебнул. Пару секунд ожидания, и колдун, собирая глаза в кучу, сел ровно. Он, заметно щурив глаза, осмотрел свою сторожку и нежданных гостей, а затем изрядно пошатываясь встал. Мужчина средних лет поправил свой кафтан, что видал лучшие времена, и гордо выпрямившись, произнес:

— Позвольте представиться. Я профессор института духовных наук имени Жир… Жиромура Ан, — он сделал паузу, набирая воздух в легкие. — Роса. Почетный стипендиат академии наук Небограда, окончивший с тремя медалями и царским знаком отличия! — последние слова он произнес особенно гордо, поднимая вверх указательный палец. — Вокрут Ан’Раффэн.

— Паскуда, еще один профессор, который от переизбытка ума добрался до бутылки. Повезло нам, нечего добавить, — раздосадовано протянула Мира. — Раз очнулся, предлагаю сменить место беседы, пахнет здесь, вовек не отмоемся, хоть фиалковым маслом в розовой воде. Балдур хватай его, озеро холодное, быстро в себя придет, с Яриком работает каждый раз.

Певчий ничего не ответил, лишь стоял шатаясь, и смотрел перед собой, казалось, в никуда.

— Придержи коней, Мира, он не я. Тут другой случай, персонаж интеллектуальный, воспитанный и начитанный. Таких нельзя за грудки да в озеро. С такими беседа нужна хорошая, душевная.

Вокрут Ан’Раффэн из расы аностов, что представляли собой высокоинтеллектуальных пернатых полулюдей. Он оперся одной рукой на стол, а второй крутил серебряной чаркой, словно бокалом дорогого вина. Даже в таком состоянии он соблюдал выдрессированную и претенциозную манеру поведения, которая считалась нормой в обществе высших аностов. Балдура всегда удивляла любовь Аностов к ленточкам и завязочкам, даже при факте наличия богатого оперения, особенно на руках и груди.

Первые, начинаясь с кончика мизинцев, волнами расширялись до плеч, образуя подобие шикарных рукавов женского платья. Грудь казалась массивной и величественной что придавало аностам особенно амбициозный вид. Вокруг шеи, пернатыми хрящами с крестца, уходила отличительная черта аностов ¾ оригинальный природный ворот, что козырем описывал шею, возвышаясь до самого затылка.