Книга Три Царя, страница 145 – Игорь Маревский

Мысль словно молния пронзила его сознание. Чем дольше он думал об этом, тем больше ему становилось противно от собственных мыслей и безразличия, которым он пытается успокоиться. Всё намного сложнее, чем ему казалось ранее, хоть ничего не изменилось. Балдур поймал себя на мысли, что он начинает погружаться всё глубже и глубже, копаясь в моментах прошлого, отчетливо помня каждый её запах и вкус.

Кот с удовольствием наблюдал за самокопанием человека, выжидая длинную паузу. Трезвой и холодной логикой он понимал, чего пытался добиться Варгин, и осознавал, что ему это удалось. Балдур несколько раз размышлял о том, как бы могла сложиться их жизнь, если бы они оба решили бросить жизнь полную опасностей и осесть в миленьком домике на окраине Велпоса. Теплая, приятная мысль, но каждый раз он взмахивал рукой, развеивая дымку фантазии, словно это невозможно.

Он прокаженный, сбор — единственное ремесло, на которое он способен, зарабатывая хоть что-нибудь на сносную жизнь. Мира, с другой стороны, это Мира. Рожденная меридинкой в уважаемой семье Велпоса, она в любой момент могла оставить дикую жизнь за спиной и наслаждаться всеми благами семейного положения. К тому же прокаженные редко заводили семьи, мало кто захочет понести от такого. Сказка о любви принцессы и конюха, бессмертная история множества книг, которой никогда не стать реальностью.

Чем больше он думал об этом. Чем отчетливее он вспоминал её запах, тем лучше осознавал, что это не место и не время для таких мыслей. Вдруг Балдур ощутил, словно нити манипуляций тянуться к его сознанию, и буквально заставляют его всё больше погружаться в размышления.

— Нас связывает многое, ты прав, не стану отрицать. Именно поэтому мне тяжело дать тебе чёткий ответ. Ты сам описал наши отношения, хоть и в общих чертах и не думаю, что смогу добавить нечто большее.

Кот слегка нахмурился, явно не рассчитывая на такой ответ, а затем оказался на столе перед Стервятником, глубоко заглядывая в его глаза:

— И всё? Никакой любви, влечения, не ограничишься хотя бы парой слов, что построят композицию? — Варгин слегка наклонил голову. — Быть может секс? Он всегда был ошейником смертных, особенно для мужчин. Неужели за всем этим просто скрыт извращенный, дикий, неудержимый и грязный…

— Нет! — на удивление для себя, запротестовал Балдур

— Тогда соизволь ответить на мной поставленный вопрос. Признаться, мне интересны подобные беседы, но не тогда, когда приходиться вытягивать их насильно. Помни о соглашении, Балдур Красный Стервятник.

Человек замолчал, ощущая на себе взгляд кота. Он осознал, что это первое предупреждение.

— Невозможно описать закат в двух словах, сохранив всю контрастность картины. Нельзя рассказать историю за пару мгновений, не упустив важных деталей. Нас с Мирой очень многое связывает, как хорошее, так и плохое. Раз ты признался, то и я тебе врать не стану, всё есть как есть, и меня это устраивает.

— Даже если она вонзит тебе клинок в грудь? — внезапно пропел кот, ошарашивая Балдура таким вопросом.

— Она этого не сделает, — с верой в свои слова отрезал человек.

— Ответ, — понизив голос, промолвил кот, выпуская когти из лап.

Балдур еще раз задумался, перебирая в голове мысли, в поисках более подходящего ответа, который бы устроил Варгина, однако на ум так ничего и не приходило. Он поморщил и потер переносицу, а затем произнес.