Книга Шанс для рода Шустовых. Том 4, страница 73 – Антон Кун, Игорь Ан

Этим пестиком она монотонно постукивала по лежащему на столе куску камня, издающего зеленоватое свечение. Монахиня крошила осколок монолита. Я оглянулся и понял почему глыба показалась мне криво отесанной. От нее бессистемно отламывали куски. Я вернулся к созерцанию действий монахини.

Наконец, закончив дробить камень, она ссыпала все осколки в ступу и принялась их толочь. Растирала с минуту. Все это время я наблюдал, что же произойдет дальше. Закончив приготовления, монахиня подошла к котлу и высыпала туда содержимое ступы.

Вот черт! Она добавляет крошево от камня с осколком духа в нем в какую-то жуткую еду. Не удивлюсь, если этой гадостью кормят послушниц. Как они тут еще живы-то на такой пище.

Я вспомнил зеленоватое свечение в груди Настиной матери. А ведь похоже, что ее кормили этой гадостью. Теперь я понял, что свечение шло не совсем от груди, а скорее от брюшных внутренних органов. Крошево каким-то образом задерживалось в организме. В почках, печени, может и в кишечнике что-то оставалось.

Твою же мать! Они пичкали ее этой гадостью, словно малыми дозами яда. Не давая организму помереть, но и не позволяя вывести лишнее. Так вот как Императору удалось добиться, чтобы человек получил нужное количество осколка духа внутрь и при этом остался жив. Да, Вон, схвативший сразу весь осколок едва не превратился в серый туман, а тут… Я даже не мог подобрать нужного слова. На ум шла лишь гомеопатия. Я и в своей предыдущей жизни ей не доверял, а уж теперь и подавно не стану.

С этой кухней все было ясно. Пора было идти дальше. Нужно бы еще узнать кто и от чего кричал. И почему сейчас все тихо? Может это кормление этим жутким варевом вызвало такую реакцию?

Я развернулся, подал Насте знак и пошел искать выход из комнаты.

Свой фонарик я уже не включал, отсветы из кухни освещали вход в коридор, а дальше были заметны блики с другой стороны.

Раздался звук льющейся воды, словно её плеснули из ведра на пол. Я прибавил шаг. Судя по звуку, мы были совсем близко.

Впереди замаячил свет. Поворот, еще поворот коридора и выход в новую комнату.

Там горели свечи. Я сразу это понял. И свечей было много.

А еще оттуда слышался какой-то скрежет, словно костью скребли то по камню, то ей же по железу.

Я оглянулся на Настю, та с застывшим выражением решительности на лице шла прямо за мной.

— Постой здесь, — едва слышно произнес я. — Сначала я гляну.

Девушка кивнула и остановилась. Я прошел дальше.

Заглянув за очередной угол, я застыл. Волоски на коже встали дыбом от неожиданности.

С моего места открывался обзор на стоящую посреди комнату огромную клетку, разделенную на две половины толстыми металлическими прутьями.

В одном отделении этой клетки на полу лежала полностью обнаженная девушка. С такого расстояния было сложно разобрать что с ней. Я напряг зрение и заметил, что она дышит, но лежит с закрытыми глазами. Вокруг тела поблескивала лужица воды. Девушка и сама вся была мокрая, словно на нее только что вылили ушат воды. Я посмотрел вверх и нашел над клеткой устройство, наподобие ведра с ледяной водой в русской бане, а точнее в ее коммерческом варианте. От ведра под углом уходила привязанная к ручке веревка. Видимо, кто-то за углом имел возможность ее дергать.

В другом же отделении находилось то, чего я никак не ожидал здесь увидеть и от чего холодок пробежал по спине. Почти все пространство, обрамленное толстыми прутьями, занимала тварь. Точно такой же монстр, какие падали с неба на польской границе. Твари там было явно тесно, и она, прижавшись уродливой головой к перегородке между отделениями, тянула свои передние конечности к девушке.