Книга Шанс для рода Шустовых. Том 4, страница 66 – Антон Кун, Игорь Ан

— Мне очень жаль, но это действительно не допустимо правилами монастыря, но ваша жена может остаться.

Мне почудилось или в голосе настоятельницы действительно проскользнула какая-то надежда на то, что Настя останется здесь? Вот теперь я даже не сомневался, что не позволю девушке этого сделать.

Настя попыталась на меня посмотреть тем взглядом, каким смотрит на мужчину женщина, когда чего-нибудь от него очень хочет. Но я встретил ее вызов и дал понять, что не намерен обсуждать это. Настя сдалась.

— Мы заночуем в деревне, — ответил я. — Спасибо за разговор.

— Хорошо, я провожу вас.

Мы поднялись и прошли до дверцы в воротах, не встретив по пути ни единой души. Я вдруг заметил, что не слышу пение птиц. Вокруг лес, а птиц не слышно. Странно. Вначале подумал, что это та тишина, которая возникала вокруг, когда рядом появлялась дозорная на польской границе, но нет. Свет не мерк, да и другие звуки вполне свободно долетали до моих ушей. Значит, что-то отпугивало отсюда лесную живность. Что ж, попытаемся выяснить что это.

Мы распрощались с добродушной настоятельницей, но в последний момент, прежде чем дверца закрылась, я взглянул ей в глаза, в этих серых точках вновь промелькнуло что-то подозрительное. Словно кто-то изнутри изучал меня. Я поежился, по спине пробежал холодок.

Вызвав Осколка, мы погрузились и быстро взлетели, оставив позади это мрачное и какое-то томительно тоскливое место. Не представляю, как Настя смогла провести здесь некоторое время. Или же девушка права и раньше тут было совсем иначе?

До деревни мы добрались за несколько минут. Осколок приземлился за околицей, и мы вошли на территорию поселка пешком.

Вокруг этого поселка не было никакой защитной стены, как вокруг Красилова. Не было тут и дозоров. Деревня, как деревня. Судя по всему, жители либо ничего не боялись, либо им просто было нечего скрывать и охранять от окружающих.

Людей на улицах было мало, но те, кого мы встречали с интересом на нас пялились, не скрывая своего удивления. Видимо, путников тут видели редко, а уж такие, кто путешествует пешком и вовсе были в диковинку.

Я остановил первого попавшегося парня и спросил нет ли здесь почтовой станции или какого-нибудь трактира, где можно остановиться на ночь. Парнишка, не раздумывая, указал в сторону высившегося в далеке двухэтажного здания.

— Там, — произнес он. — И станция и трактир. Там же заночевать можно. Простите, господин, а как вы добрались сюда без лошадей?

— Лошадей волки сожрали, — пошутил я. — Сами еле вырвались.

— Волки⁈ — глаза парня загорелись. — Нужно срочно сообщить старосте. Если эти серые твари снова решили поселиться поблизости, нужно организовать облаву и прогнать их! Иначе, как в прошлый раз, животных подерут.

— Стой! — я поймал кинувшегося было бежать парня за рукав. — Я пошутил. Нас довез до соседней деревни попутный экипаж, а оттуда мы весь день шли пешком. Не нужно облавы. Шутка это!

— А-а-а, — протянул парнишка. — Не смешно.

— Я знаю, — сказал я. — Но расскажи мне про волков? Что тут было? Нам идти дальше, не хотел бы нарваться на стаю.

Парень пожал плечами. Я отпустил его рукав, и он поправил рубаху.

— А что тут рассказывать? — замялся он. — С месяц назад в округе задрали несколько животных. Мы собрались с мужиками, вооружились, кто чем и пошли потрошить волчье логово. Три дня лазали по лесам, но так ничего и не нашли. Животных больше никто не трогал, так что мы решили, что стая прошла мимо. Хозяева погоревали о потерях, но так как больше никто не помер, смирились.