Книга Шанс для рода Шустовых. Том 4, страница 51 – Антон Кун, Игорь Ан

— Вы видели его? — облегченно выдохнул Степан. — Значит он жив! Это отличная новость. Родители так вообще давно его похоронили. А теперь и знать ничего не хотят, мол не вернется, так мы и так свыклись с этим, а закончит службу, вернется, вот тогда и будем знать, что жив.

— Да уж, вот это подход, — задумчиво произнесла Настя, сидящая рядом со мной и слушающая разговор.

— Вот так вот у них, — словно оправдываясь произнес Степан. — Как он вообще?

— На польской границе, — ответил я, — теперь служит в моей армии. Отличный парень! Кремень! Как все соберутся расскажу подробней, но он действительно молодец.

Степан кивнул, соглашаясь подождать дальнейшего рассказа.

В этот момент в комнату маленьким ураганом, сметающим все на своем пути, ворвалась Лушка. Она пронеслась по комнате, загремела посудой у серванта, где-то нашла нож и большую тарелку от сервиза, извинилась и унеслась на кухню.

Настя хмыкнула. А я смотрел, как Степан заворожено наблюдает за происходящим.

Лушка вернулась с нарезанным кусочками хлебом и тонкими ломтиками мяса на блюде, подскочила к Степану, что-то пробубнила ему в ухо с набитым ртом и уселась напротив меня, поставив огромное блюдо рядом с собой.

— Рассказывай, — сказал я, видя, что девушка как на иголках и ей хочется высказаться.

Настя придвинулась поближе к столу и требовательно протянула руку в сторону Лушки. Та пододвинула тарелку с нарезкой ближе к девушке, затем схватила хлеб, положила на него кусочек мяса и протянула мне получившийся бутерброд. Я качнул головой. Есть я не хотел. Тогда Лушка протянула бутерброд Насте, та забрала его и принялась жевать.

Еще несколько секунд потребовалось Лушке, чтобы соорудить второй бутерброд и протянуть его Степану. После чего деятельная девушка уселась спокойно и принялась рассказывать:

— У нас в деревне все было спокойно. Никто не нападал и не угрожал нам. Это после того, как вы уехали. Староста велел всем следить за лесом, вдруг, кто придет, но все было тихо. А Кирилл, тот, что оружейник, свой самострел собирает. Огромный! — безо всякого перехода перескочила девушка с одной новости на другую. — А Стёпа с Ванькой учат всех. Стёпа руками драться, а Иван саблей и шпагой. Ой, за Ванькой там все девки бегают. Он таким важным стал, — Лушка хихикнула и продолжила. — А Степан очень вежливо всем им отказывает, мол только учу вас драться. Так там половина деревни девок, кто помоложе к нему ходит, но он с ними только дерется.

Я видел, как Степан покраснел от рассказа Лушки. Сидел красный, но молчал.

— И насколько большой самострел собирает Кирилл? — спросил я, косясь на Степана.

Было видно, что парня порадовало, что разговор с него переключился на кого-то другого.

— Огромный! — снова повторила Лушка, — Там стрелы, что твоя рука в длину.

Я прикинул, что это должно быть за оружие и подумал: вот такую бы штуку нам на границу. От монстров отстреливаться самый оно будет. Надо бы решить этот вопрос. Если вдруг дозорная пропустит тварей мимо, то будет чем их остановить.

— А еще, — снова заговорила Лушка, — в городе опять ходят слухи, что люди пропадать стали.

Я покосился на Настю. Та сидела застыв, словно изваяние.

Неужели, Корсаков снова принялся за старое? Хотя, а чего от него было ожидать? Он не отказывался от сбора четырех ветров, так что было логично предположить, что он продолжит свои эксперименты. Пусть теперь они касаются не меня, и не Терехова, но ведь еще и другие духи есть. Хотя я там должен быть в любом случае. Но, возможно, меня хитрый Корсаков оставил напоследок. Видимо, это будет продолжаться до тех пор, пока либо я не соберу четверых под свое крыло, либо он. Кто первый успеет, того и тапки. Ведь второму просто-напросто не хватит духов. И это все верно, если только слухи правдивы. Не факт вообще, что исчезновение людей связано с Корсаковым. Может быть, просто совпало, а может это отголоски прошлых исчезновений. Но все равно, надо будет и на это обратить внимание.