Книга Шанс для рода Шустовых. Том 3, страница 120 – Антон Кун, Игорь Ан

— Выполняй.

Роман кивнул мне, развернулся и вышел из шатра. Кроме меня и Василия Ивановича в шатре остался только один человек. Как я понял, это был какой-то личный помощник командующего. Молодой паренек сидел за небольшим столиком и что-то писал. Стенографировал он наш разговор что ли?

— Вас устраивает такой расклад Никита Васильевич? — спросил командующий.

— О походе к границе, да все отлично. Что касается патрулирования скажу после возвращения. Пока не представляю ни протяженности участка границы, ни сил, которые вы на это выделяете.

— У нас есть денежные ограничения, так что исходим из этого. Кстати, о деньгах. Как планируется погасить задолженность почившего?

— О какой сумме сейчас идет речь?

— Сумма небольшая, но она должна была поступить нам две недели назад, но этого не случилось. Господин Терехов выплачивает нам эту сумму каждые две недели и никогда до это не задерживал.

— Сколько? — повторил я вопрос.

— Тридцать четыре рубля, — ответил командующий.

Сумма не маленькая. Доходов от работы моего алкогольного предприятия не хватит чтобы содержать эту армию. Но пока я не был готов проводить реформы. Значит оставим на первое время так, как было. Сумма долга у меня была с собой, так как кошелек, что передал мне Олег Матвеевич я прихватил.

Я нащупал за пазухой кожаный кошель и извлек его на свет. Развязал, отсчитал нужное количество серебряных монет и протянул Василию Ивановичу. Тот захлопал глазами, но подставил руки и принял оплату.

— Благодарствую! — произнес он и поклонился.

— Финансовые вопросы мы с вами обсудим чуть позже, когда я разберусь с происходящим. Пока же я погасил долг моего предшественника и надеюсь, что вы и дальше останетесь нести службу здесь. Я требовательный наниматель и вскоре сюда приедет мой человек с инспекцией. После этого сможем обсудить финансовый вопрос с полной конкретикой. А пока я готов соблюдать старые договоренности между вами и господином Тереховым. Согласны?

— Конечно, Никита Васильевич, — закивал командующий.

— Отлично. Расскажите, что тут вообще происходит? Как обстановка? С тем, что вам докладывают патрульные мы разберемся после того, как я сам побываю на границе, а сейчас я прошу более обобщенно.

— Если не говорить о том, что, как вы сказали, докладывают мне патрульные, то в целом все спокойно. Польские шляхтичи не балуют. У нас вообще с ними до недавних пор все спокойно было. С той стороны тоже отряд стоял, так мы друг к другу в гости ходили.

— А сейчас?

— Мы их уже около двух недель не видели, как только вся эта ерунда у них началась. А неделю назад и мы немного отошли, как вы уже знаете.

— Значит все странности только последние две недели?

— Нет, наверное, чуть дольше, просто в последние недели совсем невыносимо стало. А когда еще в одну ночь весь лагерь польский исчез…

— Что значит исчез? — не понял я.

— Тот, куда мы в гости ходили. Утром просыпаемся, а на той стороне никого нет. Палатки стоят, а людей нема. Дозорных расспрашиваю, говорят всю ночь тихо было. Ну мы подумали и решили, что сняли их с места и ночным марш-броском куда-то перекинули. А что палатки оставили, так должно быть вернуться собирались. Но до сих пор нет.

Вот это уже было интересно. Как такое могло случиться, что дозорные проморгали маневры? Ведь не могли люди уходить в полной темноте, какие-то звуки, костры, что-то должно было выдать перемещение. Либо дозор несли из рук вон плохо, либо случилось что-то другое.