Онлайн книга «Путь Наставника 3»
|
— Каков диаметр бутона? — Ты задаешь правильные вопросы, — усмехнулся Борис Валентинович. — От метра и более. — Все зависит от силы кристалл? Так? — Именно! Чем мощнее праносток, тем больше всплеск, тем больше диаметр бутона. — А расширить отверстие никак? — Исключено! — отверзал он. — Быть может, когда-нибудь кто-нибудь изобретет материал способный победить бутон, но не сейчас. Хотя, как уверяет мой наниматель, работы ведутся непрерывно и в разных городах, в разных странах. Пока — ровно ноль. — Понятно, для чего нужны дети, — пробормотал я. — Но это мелкие, а подростки-то… И вдруг до меня дошло кое-что страшное. Я даже замотал головой. Борис Валентинович, замерев смотрел на меня, едва заметно кивая. — Не может быть! Нет! — А чему ты удивлен? — Борис Валентинович развел руками. — Нам выгодно иметь столько беспризорников. Выгодно, чтобы их всех не переловили. Иначе давно бы уже очистили улицы от этой скверны. И да, если ты когда-либо мог стать свидетелем охоты на эти отбросы общества, то увидел бы, что рекруты не дают спуска крупным щенкам, если те сопротивляются, то их пускают в расход. А вот мелочь, этих тараканов, ловят даже с риском для собственной жизни. Этот товар штучный и идет за большие деньги. Говорил он жестко, но безо всякого сожаления. Меня это покоробило. Захотелось встать и… нет, не уйти, врезать по его наглой ухмыляющейся морде. Но я сдержался. Что бы ни сказал ему его хозяин, Борис Валентинович был не в курсе, кто я такой. Либо не знал сам хозяин, либо не сказал своему ручному псу. Хотя… с учетом того, что некто вообще знает обо мне хоть что-то уже настораживает. И я сильно сомневаюсь, что он не в курсе о моем социальном статусе. Значит, не всё здесь так просто. От меня что-то хотят. Но почему именно от меня? — По той же причине, почему никто из обывателей не знает правды о беспризорниках, — тем временем продолжал Борис Валентинович, как ни в чём не бывало, — потому же они не знают и появлении кристаллов и их связи с так называемым Костолом. Если люди узнают всё, могут взбунтоваться. Ведь парносток — продукт сугубо элитарный. Тут всё ясно. Это как раз я легко мог понять и сам. Так было всегда и везде. Не только в этом мире. — Что требуется от меня? Вы рассказали мне эту историю… и? — Куда-то торопишься? — спросил Борис Валентинович. — зачем же к делу так быстро? Покушай желе, выпей чаю. Закажи хорошей еды. Наверняка дома так не кормят. Он точно не знал, кто я! Как пить дать! А вот насчет его хозяина я сильно сомневался. Он знал даже больше, чем рассказал своему представителю. Но тогда почему не пришел ко мне сам? Не хочет мараться разговором с беспризорником? Что-то здесь было, и мне уже захотелось выяснить. Даже то, что детей не просто эксплуатировали на рудниках или в шахтах, не просто заставляли тяжело работать, а привлекали для конкретных целей… всё равно было отвратительно. Вот только никак не вязалось у меня в голове, зачем им так много подростков? Ну, пусть праностоки рождаются часто, я имею ввиду мелкие. Те, что не вызывают катастрофических последствий. И их еще надо искать… все равно… зачем столько детей? — Молчишь? — усмехнулся Борис Валентинович. — Гадаешь, зачем ты? Он совершенно не угадал направление моих мыслей, но я всё равно кивнул. Пусть думает, что хочет, я не собирался с ним быть откровенным. |