Книга Путь Наставника 3, страница 104 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Распрощавшись с Пиджаком и компанией, я вышел на улицу, по которой укатила паровая машина черных. Осмотрелся. Похоже, тут ничего приличного из магазинов одежды не было. Район не тот. Стоило пройти ближе к центру.

Я вышел на центр моста через протоку и снова осмотрелся.

Слева черным гребнем высилась Стена, виднелись башни Южной заставы, тупыми клыками воткнувшиеся в небо. Справа раскинулся город. Отсюда его особо и рассмотреть не удавалось, но я заметил тонкий высокий шпиль. Похоже, это и есть башня городской управы, потому что ничего выше в округе не было.

Туда мне и стоило прогуляется.

Я шел, держась широких улиц. Пару раз показалось, что узнал свороток к переулкам, ведущим к заброшенной котельной, где я ночевал первую ночь, но я мог и ошибиться. До нее было несколько кварталов, но никаких торчащих труб я не замечал.

Ближе к центру людей стало больше, начали попадаться паровые повозки. Сначала грузовые, затем пару раз заметил пассажирские. Они больше походили на старинные автомобили, с высокой крышей, квадратные, но с большим котлом спереди. Чем-то напоминали паровозы, но гораздо мельче.

Здесь стало шумно. Свистели и гудели сигналы, сбрасывали пар перегревшиеся котлы, люди разговаривали громче, словно не опасаясь никого и ничего. Разительное отличие от окраин.

Начали попадаться приличные лавки и торговые дома. За высокими вымытыми начисто витринами, виднелись коробки большие и цветастые, коробки серые помельче, стулья и кресла. Но пока я не видел магазинов одежды. Будет досадно, если здесь еще не изобрели универсальные размеры и всё приличное до сих пор шьют по индивидуальным меркам. Нет, я понимаю, что так происходит до сих пор и в моём мире. Просто это стало больше эксклюзивом, элементом роскоши, чем необходимости.

Наконец я заметил первое ателье, но это оказалось именно оно. В витринах стояли манекены задрапированные обрезками ткани. И ни одной готовой вещи.

На вывеске значилось: «Одеваем горожан более ста лет» Я прошел мимо. Такие мне сейчас не нужны. Но подозрение, что я могу не найти ничего, укрепилось в голове.

Я прошел еще с полчаса, прежде чем вышел на центральную площадь.

Башня городской управы оказалась высоченной. Увенчанная шестигранным шпилем она походила на карандаш, воткнутый великаном в землю тупым концом, а остро отточенным грифелем царапающем облака. Огромные круглые часы виднелись под самым шпилем. Ажурные стрелки показывали почти два часа дня.

Нашёл я и упомянутое представителем кафе.

За большим арочными окнами сидели люди и горел свет. Электрический! Невиданная роскошь! Свет, да еще днем… И впрямь, пойти в такое — для многих за счастье.

Мне было бы неприятно там сидеть. Чтобы вот так… на показ, когда вокруг люди, а в часе ходьбы отлавливают и сажают в клетки беспризорников… Жуткое, показное равнодушие виднелось на всех без исключения лицах в кафе. Словно мир разделили на две половинки. Одна там, за стеклом с электрическими лампами, а другая здесь, где мороз убивает насмерть, а детей без опеки, хватают и отправляют на шахты.

Но не я назначал встречу. А Борис Валентинович, видимо, решил проверить на что я гожусь. Здесь не только был строгий дресс-код, сюда, вообще, может быть не просто попасть. Роскошь посреди нищеты.

Мне стало неприятно. И я даже решил, что не пойду я никуда. Но немного подумав, собрался и пошел искать магазин готового платья… или как он тут называется.