Книга Путь Наставника 2, страница 52 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Я лишь надеялся, что у ребят получилось набрать его столько, сколько нужно.

— Заплатите по десять копеек за мешок. Не скупитесь.

— Сколько⁈ — воскликнул кузнец.

Я посмотрел на него с укоризной, и он кивнул.

— Пусть тащат этот уголь сюда. Дальше расскажу, что делать. Пока готовьте бочку. И ещё. Мне будет нужен один горн. Вытяжка у вас тут хорошая?

Кузнец ошалело глядел на меня. Я указывал ему, что делать в его же цехе. Но вера в чудо, в то, что придёт кто-то и решит все его проблемы, заставляла его молчать и подчиняться.

А может, совсем немного, но работал мой пассивный навык Резонанса, вкладывая крохотные проценты убеждения в моей правоте людям в головы.

Посыльный ушёл в лавку. Степан занялся сооружением бочки. Смотрел он на меня волком, но выполнял распоряжение кузнеца беспрекословно.

А я первый раз в жизни видел, как выглядит кузнечная сварка. Никогда не думал, что с помощью небольшого нагрева, молотка и такой-то матери можно соединить металл так, что шов ни воду, ни воздух не пропустит. А вот оказалось, можно. Для меня это было чудом. Тьфу! Прилипло же слово.

К тому моменту, как Степан закончил, вернулся гонец из лавки и не один. Ему помогал Кнут. Вдвоём они притащили по мешку угля. Не полных, но этого хватит. Кнут, уходя, внимательно глянул на меня, словно спрашивал всё ли в порядке. Я улыбнулся и кивнул в ответ. Кнут едва заметно склонил голову и ушёл.

— И? — спросил кузнец.

— Засыпаем и закрываем. Так же, как с той стороны. Но прежде сделайте отверстие в крышке с палец.

Степан засопел, но выполнил. Пришлось подождать. Крышку дважды грели — в первый раз для пробивки отверстия, второй — для сварки с бочкой.

— И что теперь? — нетерпеливо спросил Степан.

— Теперь ставим это в горн. Главное, чтобы была хорошая вытяжка.

Степан с помощником водрузили «бочку» на угли. Конструкция получилась тяжёлая, вдвоём они едва справились.

— Теперь побольше угля и пусть греется. Следите, чтобы топлива всегда было достаточно. Поддув использовать умеренно. Бочка должна багроветь, но не течь.

Степан выполнил всё в точности. Кузнец следил за процессом с явным скепсисом.

Угля досыпали, поставили парня на меха.

— Сколько жарить-то? — спросил кузнец.

— До завтра, — усмехнувшись, ответил я.

— Я серьёзно! — возмутился кузнец.

— Я тоже. И кстати…

Я взял из ящика щипцы, подошёл, вытащил яркий уголёк из горна.

Бочка уже нагрелась, и раздался тонкий, едва различимый за шумом механизма в подвале свист.

Я поднёс уголёк к отверстию в крышке, и в колпак вытяжки ударил столб огня. Загудело пламя.

— Вот пока горит, до тех пор и греть. Как только погаснет, снимайте бочку и затыкайте отверстие. Дальше ждём, пока остынет.

— И всё?

— Если я нигде не ошибся, то всё. Завтра приду и продолжим. До моего прихода бочку не вскрывать. Но сдаётся мне, что до утра гореть будет. А там уже и я появлюсь.

Кузнец молчал, глядя на рвущееся из бочки пламя. Воняло серой.

Я постоял минут десять, полюбовался на кустарную коксовую печь, развернулся и пошёл к выходу.

Кузнец догнал меня у самой двери.

— Я надеялся на чудо. А это… это…

— Чудо будет завтра. Сейчас только подготовка. Не дайте бочке остывать, а то чуда не дождёмся.

Кузнец промолчал.

Я видел, что ему хочется сказать что-то ещё, но он сдержался. И правильно сделал. Волшебство требует тишины. Слова, порой разрушают важные моменты.