Книга Путь Наставника 1, страница 59 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Я попытался разорвать её пополам, но сухое мясо не поддавалось.

— Сейчас, — Марфа забрала у меня мясо, положила на доску и одним коротким росчерком ножа разделила надвое. — Держи.

Я взял угощение, протянул половину Грише.

Тот схватил полоску, не веря своим глазам, тут же сунул её в рот и аж заурчал, будто кот.

Марфа усмехнулась, подмигнула мне и кивнула, мол, правильно всё сделал — поделился с приятелем. Но я и сам это знал. Работали вместе, делим заработанное поровну.

— Можно?

Я указал пальцем на обрывок газеты, в который, похоже, до того и было завёрнуто это мясо. Марфа кивнула. Я оторвал небольшой кусочек с ровными черными строками текста, аккуратно упаковал в него свою полоску и спрятал в карман. Съеденная картошка слегка перебила аппетит, да и насиловать желудок, отвыкший от еды, не хотелось. Позже, потихоньку сгрызу.

Марфа совсем оттаяла. Я прекрасно видел это. Кажется, её сейчас даже немного умиляло наше поведение, а главное, то, что мы держали слово. Самое время брать быка за рога.

— Марфа, а можно, после того как мы закончим с поручениями, немного позаниматься на заднем дворе?

— Чем позаниматься? — слегка напряглась Марфа.

— Потренироваться. Физические упражнения поделать. Ну, чтобы сильнее стать.

Марфа нахмурилась. Чёрт, не переоценил ли я своё влияние на неё?

— Откуда у вас знания-то такие, как и что делать, чтобы сильнее стать? Беспризорники ж, вроде.

Сейчас я слышал в её словах настороженность, лёгкое подозрение. Срочно нужно было что-то придумать, чтобы вернуть расположение Марфы.

— Я ж не всегда в сиротах ходил, — начал я. — Дядька у меня был, пока не помер. Он мне и показывал кое-что. Как двигаться, как растяжки делать. А когда помер, один я остался, вот и оказался на улице.

— Стезевик твой дядька что ль был?

Вопрос казался мне с подвохом. Ответить, что да, так почему сильно скатился? Стезевеки люди не бедные. А может ещё и имя назвать попросит. Кто их знает, может, у них здесь все стезевеки на слуху?

— Нее, что вы… Куда ж ему. Прислуживал одному… Видел что-то, запомнил. Так, баловство, говорил. Но хотя бы форму физическую поддерживать можно. А то мы и ведро с водой с трудом таскаем.

Марфа расслабилась. Похоже, моё разъяснение полностью вписывалось в её картину мира. Вот и отлично. Она снова улыбнулась, покивала.

— Молодцы, что стараетесь. Иные вона всю жизь под забором проваляются, да там и помирают.

Я многозначительно и с пониманием покивал.

— Ладно. Закончите дела, там и посмотрим.

Она не сказала да, но по тону я решил, что она уже согласилась. Если с углём не облажаемся, всё у нас будет.

— Идём, — позвал я Гришу.

Тот досасывал вяленый кусочек мяса, кивнул мне и пошёл следом.

На улице я сразу понял, что холод усилился. Пришлось застегнуть куртку под самый подбородок. И всё равно пробирало. Гриша тоже ёжился.

Откуда-то из проулка налетел хиус, и стало совсем неприятно. Занятиям это, конечно, не помешает, наоборот, бодрости придаст. Но тут главное — не перестараться и не простыть, чтобы не продуло.

Гриша повёл меня к лавке угольщика. Мы немного попетляли и вышли в проулок чуть пошире нашего. Здесь светили масляные лампы у некоторых дверей, а над входом криво висели доски с нацарапанными названиями. Одно из них гласило: «Лучший антрацит в городе»