Книга Князь Сибирский. Том 4, страница 86 – Антон Кун, Игорь Ан

— Предъявите документы! — потребовал подошедший к нам первым. — Почему не проверил⁈ — тут же крикнул он тому, что был под моим контролем.

— Это же свои, — пролепетал вояка.

Да уж, когда нет четко заданной программы действий, подконтрольные могут придумывать для себя обоснования поступков, но вот то, что для других это обоснование окажется достаточным уже не вариант.

Наш проверяющий как-то странно посмотрел на своего товарищи и тут же шагнул назад, выставив перед собой ствол винтовки.

— Тут менталист! — заорал он так, что я подумал, перебудит весь квартал.

Нас раскрыли, вот только знай они кто на самом деле перед ними стреляли бы сразу и наверняка.

На нас уставились пять стволов. Моя марионетка вдруг заметался из стороны в сторону, словно не мог принять какого-то решения. Отвлекаться на его продуманную линию поведения я не стал. Не до того. Просто вырубил его. Вояка сделал еще пару шагов и завалился на бок.

Взгляды пятерки вооруженных людей метнулись с нас на него и обратно. «Черт!» — только и успел подумать я, соскакивая с байка в тот самый момент, когда стволы направленных на нас винтовок уже начали подсвечиваться сиреневым готовясь пропустить пучок разрядов.

Художник успел подхватить мой мотоцикл за руль, не дав ему завалиться на бок. Я же оттянул на себя три молнии, начав их впитывать правой рукой, а левой инвертировал разряд и расплавил две винтовки противника. Все это произошло так быстро, что наблюдай кто со стороны, просто не понял бы ситуации, но вдруг откуда-то справа раздались выстрелы, слившиеся в единую канонаду. Троица вояк, что остались при оружии, дернулась и разом осела на асфальт. Все с пробитыми головами. Те двое, что остались без винтовок еще до этого хотели сделать ноги, но я взял их под контроль и не позволил этому произойти. Еще два выстрела и они тоже завалились на бок, без проявления признаков жизни.

Я видел, что Художник осматривает ближайшие проемы окон. Выстрелы раздались оттуда, но конкретного места я не засек. Похоже, Художник тоже.

— Эй! — крикнул я, — Спасибо, кто бы вы не были!

— Всегда рады помочь, князь! — раздалось в ответ.

Голос я не узнал, но понял, что узнали меня. Интересно.

— Едем, — произнес Художник. — Нам помогли, но не стоит задерживаться.

— Тебе не интересно узнать, кто нам помог?

— Не все ли равно? — ответил Художник. — Скорее всего кто-то из народных ополченцев. Мои говорили, что их много за последние пару дней объявилось. Кто-то ищет приключений, кто-то, чем поживиться, а кто-то и впрямь на нашей стороне. Люди они очень разные. К каждому в голову не залезешь.

Он был в чем-то прав. Нам помогли и это замечательно. Если бы этот кто-то хотел показать себя, то наверняка вышел бы. А так, я подозревал, что едва мы уедем, и этих вояк, опрометчиво устроивших блокпост посреди улицы, оберут до нитки. Что-ж, их право. Я даже догадывался, что эти партизаны в засаде просто ждали удобного случая проделать это раньше, но не срасталось, а тут такая оказия.

Дальше мы ехали осторожней. Старались внимательно всматриваться в темные улицы. Пару подобный заградительных точек нам удалось объехать.

К парку, что отделял центральную часть города от частного сектора, где в основном располагались особняки зажиточных горожан, мы выехали без особого труда. Здесь же нам предстояло сильно взять на восток, чтобы вновь вернуться ближе к коридору. К той точке, где намечалось проникновение конгуров на территорию города.