Книга Князь Сибирский. Том 4, страница 50 – Антон Кун, Игорь Ан

Еще небольшая компания пряталась в подворотне сразу за импровизированной баррикадой. Кажется, именно оттуда к грузовику передавали бутылки с коктейлем Молотова.

За грузовиком укрывалось не больше десятка людей. В подворотне было столько же. Но темнота не давала возможность определить точное количество. Возможно, людей было больше, просто пока они скрывались.

— Что за черт? — ни к кому не обращаясь, произнес Костя.

Мне б знать. Похоже, кто-то решил оказать сопротивление отрядам, обеспечивающим порядок на улицах. Или же, тем самым военным, кто осуществлял поддержку захватчиков. Вряд ли после переворота полиция осталась в городе. Ее либо распустили, либо где-нибудь заперли до лучших времен. Возможно, кто-то перешел на сторону новой власти. Такого я тоже не исключал.

— Это не полиция, — пробормотал Костя, словно прочитав мои мысли.

Мой товарищ замер и долго всматривался в происходящее.

Мы стояли, не доходя до места событий пару сотен метров. Пока нас укрывал высокий хвойный кустарник, нам ничего не грозило. Нас попросту не видели. Зато мы могли спокойно рассмотреть участников движухи и вообще понять, что происходит.

— Если это не полицейские, то значит те самые военные части, кто поддерживал переворот, — сказал я вслух то, о чем думал.

— Именно, — согласился Константин. — С ними все понятно, но кто те, что с зажигалками?

— Судя по тому, что я вижу, это недовольные происходящим. Или же, представители сопротивления. Для чего-то же Дана с ними возилась? Может, они хоть здесь какую-то роль решили сыграть?

— Это все глупо и неэффективно. Регулярным частям они ничего не сделают. Даже хорошо вооруженным наемникам эти парни не опасны. Чего они добиваются?

А вот тут у меня были кое-какие соображения. Лезть на баррикады — это не для тех, кто хочет противостоять захватчикам. Противостоят либо открытой силой, либо партизанщиной. Баррикады — это, скорее, символ. Символ, который должен показать людям, что можно сопротивляться. Что нельзя, сложив руки ждать, пока твою судьбу решит кто-то другой. Лишь при таком раскладе сопротивление имело смысл. И я вдруг понял, что именно для этого Дана готовила свои небольшие отряды. Она понимала, что военных ей не одолеть, но попробовать раскачать сонные массы вполне возможно. Все эти реформы, которые она проводила, все это было нужно, но кроме прочего преследовало цель показать, что именно она делает для народа. И когда настало время, ее летучие отряды могли всколыхнуть уже не просто восстание, а именно народное восстание. То, которое разгорается из искры. И сейчас эти самые искры выполняли свою задачу.

Удастся ли им это сделать? Это зависело от многих факторов. И в том числе от фактора победы. Если хоть какой-то из отрядов одержит победу, покажет людям, что это возможно, то шансы возрастут. Это придаст импульс, поможет осознать на чьей ты стороне.

У меня родился план. Безумный и опасный, но я не привык отступать.

— Идем! Мы должны им помочь! — крикнул я Косте.

Меня захлестнул азарт. Адреналин попер в кровь подобно сильному наркотику.

— Зачем⁈ — крикнул Костя, едва поспевая за мной. — Надо скрытно пробираться, куда задумали! Нельзя светиться! Иначе…

Договорить он не успел.

Я выскочил на проезжую часть прямо между сопротивленцами и цепью военных, что шли их усмирять. Я сомневался, что всех приспешников теневого правительства снабдили нарядами от Фон Кляйнена, так что у меня были отличные шансы противостоять им.