Книга Немая смерть, страница 274 – Роман Г. Артемьев

Саннин чуть помолчал, формулируя ответ.

— Вашему клану мешает самостоятельное прошлое. Вы привыкли сами определять свой путь, поэтому необходимость постоянно искать компромиссы с остальными группировками деревни… раздражает. А упрямство Узумаки, в свою очередь, раздражает всех остальных. Тем не менее, постепенно ваши старейшины осваиваются, неприятных ситуаций с каждым месяцем становится всё меньше, чему немало способствует идущая война. Ну и наши шиноби оценили присутствие мастеров фуин в близкой доступности, потери в отрядах снизились на треть.

— Иными словами, просто нужно время?

— Да. Всякий новый клан, приходя в гакуре, притирается к окружению. У малых кланов времени уходит меньше, у великих — больше, например, Хьюга до сих пор держатся наособицу. Хотя не могу не отметить, что в вашем случае наличие специалиста по противостоянию джинчуурики здорово ускорило бы процесс.

— Восьмихвостого разве уже поймали? — отреагировала я на откровенный намек.

— У противостоящей Листу коалиции на данный момент осталось в строю ещё три биджу. Пятеро, вообще-то, но Двухвостую в поле выпускать опасаются, а носитель Рокуби сбежал.

— Что сделал?

— Сбежал, — с удовольствием повторил Орочимару. — В Кири сейчас неспокойно, вы наверняка слышали об этом, Кушина-химе. Учителя того джинчуурики, Утакаты, убили, в ответ Утаката-сан взбесился и выпустил биджу. Руководство деревни приняло решение перезапечатать Шестихвостого, но тот перебил посланную за ним команду и скрылся в неизвестном направлении. Теперь ищут. В общем, сейчас против Листа воюют Санби и джинчуурики Ивы, и проблем они доставляют немало.

— У Конохи были шиноби, способные бороться с джинчуурики, — похоже, прелюдия закончена и начался серьёзный разговор. — Хатаке Сакумо, Сенджу Котонэ, Акимичи Май, Като Дан, Какеи Ято и многие другие. Где они сейчас? Их судьбы послужили одной из причин, из-за которых я намерена держаться от Листа настолько далеко, насколько возможно.

Гибель шиноби на задании не является чем-то особенным. Работа такая, да и в целом жизнь опасная, от смерти в раннем возрасте никто не застрахован. Однако смерть шиноби S-ранга, тем более при странных обстоятельствах, да ещё и не одна… Все люди, перечисленные мной, были не просто очень опытными бойцам, они активно участвовали в политической жизни деревни и занимали не последнее место в собственных кланах или Совете Джонинов. Разумеется, их гибель тщательно расследовалась, и во всех случаях причины были очевидны и никак не компрометировали нынешнее руководство Листа.

Здоровая паранойя официальным версиям верить отказывалась.

— А как же верность клану и готовность пожертвовать всем ради него? — ехидно подколол Змей?

— Они никуда не делись, — заверила его я, вытаскивая из кармана в рукаве небольшой свиток. — Здесь всё описано. Это письмо от меня старейшинам Узумаки, я специально его не стала запечатывать, чтобы вам не пришлось возиться с вскрытием. Потом почитаете.

— Благодарю, с удовольствием ознакомлюсь, — ничуть не смутился Орочимару. — Только мне почему-то кажется, что здесь перечислены далеко не все причины вашего нежелания ехать в Лист.

— Так и есть.

— Поделитесь?

— Почему бы и нет? — чуть подумав, согласилась я. В самом деле, почему бы и не пооткровенничать? Даже если змеюка побежит дословно пересказывать наш разговор обоим своим начальникам, пользы из него они не извлекут. — Если суммировать мои с Узумаки ичизоку отношения, то можно сказать, что наши пути разошлись. Я всегда была верна клану и до сих пор ему верна, но вот любви не испытывала. Тут и обстоятельства рождения, и непростое детство, и сложные отношения с большинством представителей правящей ветви — многое сложилось. Моя любовь принадлежала не клану, а конкретным людям, большинство из которых, так уж вышло, сейчас мертвы.